Плывущие облака. Тени старого леса

Первым делом она зашла в спальню, достала из-за пояса катану и вынула клинок из саи[17 - Сая – ножны] – купание при полной амуниции требовало при первой же возможности привести меч в порядок. Разложив на куске чистого полотна клинок и ножны, Кагеро сбросила с себя мокрую одежду и, накинув лишь свежее кейоги, призвала небольшую коробочку, в которой находились инструменты для разбора рукоятки катаны. Четкими, отточенными движениями она сняла каширу[18 - Кашира – рукоятка], стерла соленую морскую воду с накаго[19 - Накаго – хвостовик, часть клинка под рукояткой] и благоговейно коснулась менук[20 - Менуки – фигурки в рукоятке катаны] в форме стрекозы.

Каждый раз, когда трогала их, она чувствовала особый трепет и душевное успокоение. Однако черное сагео с серыми прожилками, всплывшее в ее памяти, заставило княгиню снова нахмуриться. Не тратя время на лишние эмоции, она протерла все части рукоятки катаны и сам клинок мягкой тряпочкой, пропитанной гвоздичным маслом, а затем так же быстро и четко собрала катану обратно. Кагеро закрутила вокруг себя поток теплого воздуха, который высушил саю и волосы до конца, затем надела хакама и закрепила меч за поясом. Убрав инструменты и мокрую одежду, вычесав из волос морскую тину, она вышла на террасу и перешла по ней к своему кабинету.

Первым делом Кагеро зажгла веточку жасмина на курительнице для благовоний и подождала, пока аромат стал наполнять комнату, в которой она так давно не была. Затем княгиня опустилась на колени у столика с чайными принадлежностями – слуги знали привычки своей внезапно вернувшейся госпожи, поэтому позаботились, чтобы ее уже ждала чистая вода и пиалы.

Она только успела нагреть воду, как послышались шаги.

– Он пришел в себя? – Кагеро не оборачивалась, но знала, что в кабинет вошел ее отец.

– Да, но отказывается назвать себя и отвечать на вопросы. Сказал, что будет говорить только с тобой, – если бы Кагеро повернулась, то она бы заметила, что в глазах Татегами пляшут огоньки.

– Хорошо, приведи его сюда, – безразлично ответила она и потянулась за коробочкой с чаем.

Татегами помедлил.

– Кагеро, возможно, у Итачи были на то причины…

– Приведи его сюда, – жестко повторила Кагеро, обрывая отца на полуслове, показывая тем самым, что не желает обсуждать происшедшее.

Лекарь сдержал невольную улыбку, предвкушая реакцию дочери, когда та увидит пленника, но промолчал и вышел из комнаты.