Плывущие облака. Тени старого леса

Ты же сам сказал, что не узнал его.

– Я не говорил, что не узнал его. Об этом ты меня не спрашивала. Я ответил лишь на вопрос, пришел ли он в себя, – Татегами наслаждался замешательством дочери и предвкушал дальнейшее развитие событий.

Кагеро лишь фыркнула в ответ.

– Мы немедленно возвращаемся обратно на остров. Надеюсь, ливень там уже закончился. Тебе ничего не надо захватить с собой?

Татегами покачал головой.

– Замечательно, тогда ждите меня во дворе.

Мужчины поднялись, поклонились княгине и вышли из комнаты.

Кагеро отпустила все мысли и наблюдала за тем, как догорает пламя свечи. Ей показалось, что прошло всего мгновение – и пламя потухло. Затем она встала, огляделась, проверяя, все ли оставляет в порядке, и вышла из комнаты.

Глава 5. Разговоры

Ооками разбудило пение птиц. Он приподнялся на локте и оглядел комнату, в которой его поселили, при солнечном свете: небольшой низкий стол, пустая полка для книг и подставка для меча. Камни для благовоний у одной из стен хранили тепло и аромат полыни.

Ооками плохо помнил, как попал сюда. Кажется, целителю снова пришлось его лечить. Он не был уверен, но ему казалось, что Кагеро тоже помогала отцу – ее лицо он вспоминал как виденное во сне. Или же это на самом деле был сон…

Он чувствовал себя хорошо, намного лучше по сравнению с тем, насколько тяжело ему было дышать и думать вчера. Ооками подошел к продолговатой плетеной корзине, которую передал ему один из слуг, и достал свою катану. Обнажив клинок, он примерил вес меча к своей руке – его более привычное оружие осталось в плену у Итачи, и Ооками надеялся, что по старой дружбе тот сохранит и катану, и вакидзаси[21 - Вакидзаси – короткий меч] и при встрече вернет.

Но и этот клинок был не так плох, поэтому, опустившись в сейдза[22 - Сейдза – поза сидя на коленях], князь поклонился мечу и поместил его на подставку. Затем медленно поднялся с колен и пошел искать остальных обитателей дома.

На большой просторной террасе он нашел только Татегами, который сидел на циновке рядом с низким столом и листал толстую тетрадь с записями, всю в закладках.

Увидев Ооками, он отложил ее и склонил голову в приветствии.

– Доброе утро! – Ооками опустился напротив тестя и осмотрелся в поисках Кагеро или ее дочери.

– Думаю, что «добрый день» будет уместнее, – усмехнулся целитель и внимательным взглядом окинул своего вчерашнего пациента, изучая его состояние, а затем удовлетворенно хмыкнул, налил чай в одну из пиал и протянул зятю.