Мир, в котором меня ждут. Ингрид

– Мой отец говаривал мне, что в Междумирье все аппараты, которые эрлектонные, не работают.

– Нафан, неужели ты хочешь сказать, что наш мир так влияет на этот аппарат? – Эдвард явно был заинтересован.

– Мой отец прекрасно разбирается в приборах, работающих на разных уровнях материи и энергии. Кому, как не мне, об этом знать? – Нафан передал часы Эдварду. Тот с воодушевлением взял их и покачал в руке, будто измеряя вес.

– Разбираются ли они? Или это монолит? Что это за материал? – спросил он у Ингрид.

– Не, не монолит, – Ингрид хихикнула.

 – Можно разобрать, только главное их собрать потом. Это мои единственные часы, других нет.

Ингрид сняла заднюю панель, к всеобщему восторгу извлекла батарейки и показала пружинку внутри. Не только сам аппарат – даже пластик корпуса они видели впервые. Только Нафан косился на часы недоверчиво.

Обед кончился, приближалось нечто, названное словом «обиход» в расписании. Ингрид узнала от ребят, что это нечто вроде ежедневных дежурств. Каждый ученик и Ликеи, и Академии должен каждый день посвящать около двух часов общим работам.

Например, в этом месяце Хельга и Артемида вместе работали в оранжереях, Эдвард – в библиотеке, Улав – на конюшне, а Нафан наводил порядок в классах и готовил их к урокам. Ингрид вновь была озадачена, Эдвард, как староста, предложил ей вместе сходить к Деметросу Аркелаю, чтобы Ингрид получила своё место на обиходе. Однако это следовало сделать в другой день, поскольку общие работы касались не только учеников, но и преподавателей. Сегодня девочка оставалась без работы. Подытожив, что надо позаниматься, пока все будут заняты, Ингрид сказала, что проведёт время у себя.

– Значит, увидимся на ужине, – сказала она, – или уже на молитве… Здесь такой сытный обед.

Обед и вправду был сытный: несколько супов на выбор, салаты, жареный картофель, индейка и треска, брокколи (Ингрид впервые увидела её здесь) и тушёные овощи, хлеб и прочие приятные мелочи типа соусов и приправ. Ингрид хотелось попробовать всё и сразу.

На неё во время обеда смотрели так, будто она приехала с голодающих земель.

Прежде чем все разошлись, Эдвард сказал Ингрид:

– Держи свои часы, раз они единственные.

А Артемида сказала:

– Да, ты пропустила месяц занятий, тебе надо сейчас наверстать. Мы подождём, не будем тебя отвлекать.

– О, а тебя в термы записывать? – встрепенулась Хельга.

– Куда? – Ингрид удивлённо приподняла бровь.

Мальчики сделали вид, будто этот вопрос прошёл мимо их ушей.