Имперский союз: В царствование императора Николая Павловича. Разминка перед боем. Британский вояж

За четверть часа до назначенного срока Антон снова включил Агрегат, а Виктор еще раз проверил свои сумки и то, что приготовил на случай, если встреча с прошлым окажется не очень гостеприимной. А именно – баллончик с перцовым газом и травматик «Макарыч». Для того чтобы отбиться от обитателей XIX века, этого вполне должно было хватить.

Шумилин выпил с путешественником по рюмочке коньяка – «на посошок», и когда в комнате снова появился сияющий круг, отставной майор, перекрестившись, взял в руки сумки и шагнул в прошлое.

Последнее, что он услышал перед тем, как дверь (или окно?) в его мир захлопнулась, были напутственные слова Антона:

– Вперед, Иваныч, тебя ждут великие дела…

Не успел Виктор перевести дух, как в шагах пяти от него раздался тревожный голос князя Одоевского:

– Виктор Иванович, с вами все в порядке?

– Все в порядке, Владимир Федорович, – ответил Сергеев. – А вы с княгиней без приключения добрались?

Коренастая фигура Одоевского появилась в полумраке зеленого лабиринта. Вслед за ним, испуганно озираясь, шел высокий парень лет двадцати пяти, одетый в длинный кафтан, шаровары, заправленные в сапоги, и кепку, очень похожую на ту, в которой обычно щеголял думский бузотер Жириновский.

– Виктор Иванович, не беспокойтесь, это Тришка, мой слуга. Он отнесет ко мне домой ваши сумки. Я нанял извозчика, тот ждет нас у ворот сада. Пойдемте.

Когда Тришка, подхватив сумки, вышел из-за кустов, Одоевский сделал галантный жест, предлагая Виктору последовать за ним.

На открытом экипаже они поехали по набережной Фонтанки.

Проезжая мимо знаменитого здания «у Цепного моста», в котором два года назад обосновался штаб Корпуса жандармов, Одоевский кивком показал на него Сергееву, сказав с усмешкой:

– Вот, Виктор Иванович, бойтесь «лазоревых гостей» из этого дома. Вам лучше от него держаться подальше.

Пока они ехали на извозчике, Виктор, в пол уха слушая князя, с изумлением крутил головой, не узнавая родной город. Уж очень тот был не похож на Петербург начала XXI века. Аничков мост выглядел непривычно без бронзовых коней барона Клодта, но зато был украшен каменными башенками и цепями, и был очень похож на Старо-Калинкин мост.

А вот и дом купца Евсевьева на Фонтанке. Там жил Одоевский с супругой. Виктор и князь вылезли из экипажа.

– Милости прошу, Виктор Иванович, – сказал Одоевский, приглашая Сергеева войти в парадную, дверь в которую услужливо распахнул швейцар. – Не беспокойтесь, Тришка доставит ваши вещи в целости и сохранности.