За сокровищами

Там ждала его матушка, которой он с недавнего времени, с тех самых пор, как на свет появился младший братик, стал незаменимым помощником по хозяйству.

Дом еще не был виден среди прочих, но близость его уже явно ощущалась: улицу обволакивал ароматнейший запах свежевыпеченного хлеба.

Родители держали бакалейный магазинчик, пусть и не на самой оживленной улочке, а, напротив, на окраине, но все же отбоя от покупателей не было. Каждое утро Фирс просыпался от запаха румяной булки, и, только он приходил в себя от сна, тут же попадал в обволакивающее духмяное облако печёного и жареного, с начинками и без, сладкое и солёное, с капустой и с мясом…

Стоит ли говорить, что Фирс был несколько толстоват, даже кругловат, и чрезвычайно румян, как самая сдобная булочка, а как же иначе, если в одном доме с тобой постоянно творится невыразимо вкусное и волшебное.

Характер мальчик имел весьма добродушный, редко отказывал кому-либо в помощи, хотя, на самом деле, к нему редко кто обращался. Сверстники редко звали его в свою компанию. Не потому что чурались, просто Фирс все чаще был занят хлопотами по хозяйству, помогая матери и отцу. В свои молодые годы ловко обращался с печью и тестом и с легкостью мог заменить старших за прилавком.

Вот уже и зеленая крыша показалась внизу улицы, из трубы легкий уютный дымок. Фирс прибавил ходу, предвкушая теплую булку с корицей и кружку ароматного сладкого чая.

Мама как раз суетилась на кухне. Увидев Фирса, она всплеснула руками и покачала головой с укоризной: «Ну, что ж ты так долго? Мне же малыша надо кормить!»

Фирс втянул голову в плечи и поспешил занять место у прилавка.

Его отпустили совсем ненадолго, одним глазком посмотреть цирк дядюшки Стремптуса, и он даже не дождался окончания показа, пропустил ловкого жонглера, таинственного фокусника и добродушного силача… И всё равно мать сердилась.

Фирс вздохнул: «Бедный я. Ну, ничего, вечером они с отцом и малышом пойдут на второй показ, она и подобреет.»

Действительно, к ночи ближе родители с братом вернулись счастливые.

Много было разговоров об увиденном, но потихоньку и эти восторги затихли, двери закрыли на тяжелый засов и разошлись по своим спальням.

Ночью Фирс проснулся от странного звука: кто-то срежетал и шуршал у его окошка, словно пытался гвоздем процарапать маленькое тусклое стекло. Фирс очень удивился: деревьев рядом с домом не было так близко и такой высоты, чтобы задевать окно. И людей такого роста, чтобы достать до второго этажа не встречалось.