Пока мы люди

Выглядел Чарли счастливым. Слишком счастливым для того, кому пришлось оставить семью. Мире это не нравилось.

– А по своим не скучаешь? – спросила она, надеясь, хоть тут услышать что-нибудь интересное.

– Скучаю, иногда. Но нам посоветовали с каждым месяцем звонить им все реже, чтобы не заставлять думать, будто мы вернемся.

Музыка на минуту прервалась. Танец закончился. Танцоры хлопали друг другу, выражая благодарность, за прекрасно проведенное время.

Краем глаза Мира заметила, как Крис пробирается куда-то в угол зала.

– Извините, разрешите пройти, простите, приношу свои извинения, – она подныривала под острыми локтями дам, боясь зацепиться. Неуклюже наступила на подол своего платья и едва не упала, опершись о галантно протянутую мужскую руку в перчатке.

– Спасибо, прошу прощения, – буркнула Мира, бегло взглянув на мужчину, и поспешила дальше, задрав юбку почти до колен.

– Эй, новенькая, погоди, – это Чарльз протискивался сквозь толпу, поднимая над головой два бокала с напитком. – Давай поговорим?

Мире пришлось замереть. Выбившийся из прически локон упал на влажный лоб. Девушка попыталась убрать его обратно, но завиток настойчиво лез в лицо. Мира понимала, откажись она сейчас общаться с Чарльзом, привлечет еще больше ненужного внимания, но ей так хотелось узнать, что Крис скажет своей сестре.

Девушка приняла из рук парня бокал и сделала несколько глотков. Оказывается, она ужасно хотела пить.

– Как там за стенами Обители? Что-то за год переменилось? – спросил ее Чарли, отводя в сторону от толпы.

– Не изменилось. А кем были твои родители? Расскажи о своей семье, – попросила Мира, но Чарльз почему-то замялся.

Люди в центре зала образовали два круга: один большой, другой в нем поменьше – и стали отплясывать очередной танец с притоптываниями и поворотами.

– Я… я не помню, – он глупо улыбнулся. – Да и какая разница, ведь совсем скоро все мы исполним великую цель создателя…

– Чарли, тебе, кажется, стоит подойти к Маришке, она искала тебя, – мальчишку увел в сторону мужчина во фраке с красной полосой на рукаве. Затем он обратился к Мире. – Прошу прощения, продолжайте веселье.

Больше за вечер Мира нигде не видела рыжую шевелюру Чарли.