История Эверис Фэлс

 – неловко поправила мантию, напоминая о его наказе. И только сейчас под пристальным взглядом тирана и его неформального вида, я поняла, что они действительно родственники. Те же пепельные волосы, огонёк льда в глазах, усмешка. Нет, они не были копиями, но некий флёр, порода, повадки, несмотря на то что двоюродный кисель на троюродной воде.

Профессор с минуту разглядывал меня, а затем в его взгляде появился странный огонёк, словно он поразился сам своей мысли.

– Фэлс, вы хорошо учитесь.

Честно говоря, я даже не поняла к чему это столь лестное высказывание в мой адрес.

– Да. Я на стипендии. – зачем–то аккуратно пояснила.

– И особых нареканий за вами не водится. – встал он и обогнул стол, оперевшись на него.

Значит, он не знает, что в той таверне была я. Иначе точно бы не сказал сей потрясающий, но спорный факт моей биографии. Я старалась не отсвечивать в принципе, но проштрафилась из–за драки на первом курсе, а недавняя потасовка в таверне кардинально могла подпортить мое реноме.

– Нет. – подтвердила его утверждение, скрестив пальцы за спиной, ведь почти не соврала.

– Фэлс, последите за одним человеком.

– Простите? – мне показалось, что я ослышалась или профессор предложил присмотреть за кем–то? Мне? Профессор Далл!

– Росса, вы на прекрасном счету. Этакая хорошая девочка. – очертил в воздухе силуэт. – Рейдар должен проучиться здесь до Йоля, без международного скандала.

– Я не очень понимаю вас, профессор. – стараясь не встречаться надолго с таким странно оценивающим взглядом взрослого мужчины, что был старше меня на пару десятков.

– А получили высокий балл сегодня. Мне, казалось, вы проницательней. –иронично покачал головой преподаватель. – Я предлагаю вам сделку, росса. Вы помогаете мне, я вам. Ммм, решаю какой–нибудь ваш вопрос. Или… – задумался, постучав длинными пальцами по гладкому подбородку, – закрываю глаза на то, что ваша родственница незаконно промышляет северной традицией на территории Россарии.

Мои глаза полезли на лоб, а сердце испуганно сжалось. Откуда он знает? Мы жили на границе и вопрос был спорный. Но сама формулировка не оставляла простора для совершенно не «академической» и даже не «светской» беседы. Пребывание в кабинете Коэна Далла резко стало дико неуместным и некомфортным. А сам профессор при всей своей лощеной привлекательности стал казаться настоящим злодеем.