Там, где танцуют сирены

Тетка, кивнув, закрывает калитку и поворачивает обратно к дому.

– Виталина зовет сегодня вечером в гости. Так что ты без меня ложись. На ужин тебе котлет оставлю, да овощи нарежешь. Разберешься, – Пелагея вновь направляется к плите как ни в чем не бывало. – Моя компания тебя все равно тяготит.

– Да нет, теть, не тяготит. Я бы лучше с тобой вечер провела, чем в одиночестве, – я лгу. Все равно она пойдет. Не просто так в гости позвали. Собрание у них там.

– Книжки почитаешь, не маленькая ведь. Займешь себя как-нибудь, – она выключает конфорку, треплет меня по голове и уходит в свою комнату, видно, одежду подбирать.

***

– Все, я пошла, – доносится с первого этажа.

– Хорошо! – кричу я в ответ. Осталось только выждать немного, и можно устраивать слежку.

На улице уже должно быть прохладно, так что натягиваю темные джинсы, кроссовки и черную водолазку. Да, Морена, тебе двадцать, и ты играешь в шпионов. Волосы убираю в высокий хвост, чтобы не мешались.

Как во всех голливудских фильмах, сооружаю подобие человеческого силуэта под одеялом.

Если тетка вдруг неожиданно вернется, то будет думать, что я сплю. Глупо? Да. Но в фильмах это работает, а на деле я еще ни разу не пробовала. Не было надобности.

Выключаю свет и в потемках пытаюсь добраться до выхода из комнаты. Прятаться в пустом доме мне не от кого, спускаюсь спокойно по винтовой лестнице. От спуска кружится голова. Металлические перила холодят кожу на ладонях.

В доме темно. Тетка решила, что я весь вечер проведу наверху, и выключила свет везде, где только можно.

Ну, пусть так и думает. Выглядываю в окно на кухне, лишь слегка отодвинув пальцами занавеску. Как раз видно улицу и силуэт человека, что стоит рядом с нашим забором. Лица не разобрать – мужчина находится ровно в тени от фонаря.

Мне становится не по себе. Приставили к дому следить? За мной?

И самой смешно от личной мнительности и желания найти какую-нибудь тайну или заговор. Кому может потребоваться следить за мной? За племянницей-сиротой, приехавшей на каникулы к тетке.

Только все равно решаю выйти из дома не через дверь, а участок покинуть не через калитку.

Тетка всегда оставляет окно в своей комнате открытым. Через него и выбираюсь на задворки участка к курам. Кроссовки тут же намокают от росы, осевшей на траве. Курятник давно закрыт. Птицы уже наверняка спрятали головы себе под крылья и дремлют на насестах. И не подозревают, что живут они только для того, чтобы служить доходом для Пелагеи.