За стеной серого мира

На глаза навернулись слезы. Девочка тихо заплакала. Она знала, что если вернется, то ее будут дразнить все старшие. А заведующая заставит мыть посуду за всем детским домом. И потом у нее будут больные руки из-за холодной воды и сильнодействующего моющего средства.

И платье, в котором она сейчас, отберут, чтобы в следующем году отдать какой-нибудь счастливой девочке на ее Самый лучший день.

– Не плачь, – Микки положил руку Рите на плечо. – Ты симпатичная. Тебя возьмут обязательно.

Рита вытерла кулачком глаза.

– Я не из-за этого плачу. Мелиса – ей скоро шесть лет – рассказывала, как в том году ее заставили мыть за всеми посуду. Я потом видела ее красные руки. Кожа на них потрескалась. Мелиса ходила с забинтованными руками еще две недели.

Няня Микки вернулась и забрала мальчика с собой. Напоследок он сунул Рите в ладонь какую-то маленькую игрушку.

– Она помогала мне не опускать руки, удачи, Рита, – мальчишка подмигнул и поплелся, сгорбившись, за женщиной, которая тут же стукнула его по спине, заставляя идти прямо.

«Хорошо, что мисс Олин добрая», – подумала Рита, разглядывая игрушку.

Это была глиняная свистулька в виде петушка, раскрашенная яркими красками.

Рита во все глаза смотрела на яркий зеленый, красный и желтый. Она никогда не видела таких красивых и светлых цветов.

– Рита, пойдем, дорогая, – Камея появилась неожиданно. Она нежно обняла девочку и повела ее за собой.

2 глава

Этот год стал для Риты первым самым ужасным годом в ее жизни. Она еще не знала, что дальше станет все еще хуже.

Как только девочка вернулась в приют, ее отвели к директрисе. Это была очень худая женщина без возраста. Ее серые бесцветные волосы всегда были убраны в тугой пучок. Все рубашки застегнуты до последней пуговицы, чтобы душить обладателя. Руки с острыми ногтями, всегда покрашенными в темно-бордовый цвет, сухие и костлявые.

– Садись… Рита, – она взглянула в единственный листок на своем столе прежде, чем назвать девочку по имени. На этом листке уместилась вся короткая Ритина жизнь.

Весь кабинет соответствовал этой строгой, скупой на эмоции даме.

Серые стены без единой картины. Стол в идеальном порядке. Два книжных шкафа. И тусклый свет ламп.

Рита присела на край неудобного железного стула, стоящего напротив стола директрисы.

– Тебе пять лет. И ты только что не прошла отбор. Все верно?

– Да, мадам, – ответила Рита, не поднимая глаз от своих рук, которые были прилежно сложены на коленях.