За стеной серого мира

Они выдвигали иногда невозможные предположения про радужные небеса и съедобные дома, про маленьких фей и красивых единорогов, о которых так много было написано в старых книгах. Но чаще в их комнате звучали страшные, жуткие теории о злых родителях, заставляющих жить в чулане или об уродливых домах на болотах, где каждый шаг может оказаться смертельным. Никки особенно нравилось рассказывать на ночь, как маленьких детей, которых забирают в семьи, заживо съедают их приемные родители. Девочки боялись и радовались, что они вместе живут в настоящем доме, у них есть кровати и еда.

Мадам Мирэл завела воспитанниц в соседнюю дверь от зеркальной комнаты.

Здесь за столом, почти не обращая внимания на вошедших, сидели мужчины и женщины. К девочкам подошел высокий и стройный человек с рыжими волосами и большими, словно специально увеличенными, синими глазами.

– Добрый день, девочки. Меня зовут мистер Фадес.

– Здравствуйте, сэр, – вразнобой проговорили воспитанницы.

Рита едва взглянула на мистера Фадеса, ей были интересней люди за столом и удивительно убранство помещения.

Комнату украшали светильники в форме цветов. А на столе перед парами стояли аппетитные кушанья, названия которых Рита даже не знала.

Мужчина в белых перчатках и черном костюме открыл дверь и внес большое блюдо, на котором расположились сочные куски поджаренного мяса и большие клубни картофеля, сдобренные маслом. Густой аромат заполнил собой всю комнату.

– Девочки, встаньте, пожалуйста, вон у той стены, пусть на вас посмотрят, – перебил Ритино урчание живота мистер Фадес.

Рита послушно пошла с остальными, ступая по мягкому бело-золотому ковру, который то и дело сверкал при свете ламп.

Из-за стола поднялись молодые пары. Риту смутило, что лица у всех женщин выглядят однотипными – худые, с полными губами, большими глазами и пышными ресницами, даже брови почти одинаковой формы.

Мужчины же были немного более разнообразны, но острые скулы и волевые подбородки прослеживались у всех. Но что было более всего невероятно – их идеальная кожа без единой морщинки или изъяна.

Одна из дам улыбнулась, но шевельнулись только губы, остальное лицо осталось неживым, будто лицо куклы. По телу у Риты пробежал неприятный холодок.