Мутная вода

И вот отправился он к Монолиту, чтобы узнать ответ на вопрос, да так и сгинул там ни за хвост собачий.

Вот только потом стали встречать его в разных уголках Зоны: и то в аномалию он влетит, то чернобыльский кабан его на клыки поднимет. А по сталкерской сети всем одинаково приходит сообщение, что так, мол, и так, сегодня, в такое-то время и таким-то способом погиб сталкер Семецкий.

И знаете, говорят, что нет для него теперь смерти ни в Зоне, ни за её пределами. Узнал он свой секрет – стал Вечным сталкером.

Почитай, по десять раз на дню различными смертями умирает, а всё равно живее всех живых. Таким вот образом, порой, Монолит истолковывает желания приходящих к нему людей.

Поэтому, ты, паренёк, уматывай отсюда, пока жив и в здравом рассудке. Вам, молодым, нужно жить, веселиться, да деток рожать, а не лезть в пасть своей смерти да стремиться на встречу с неизвестным. Тикай отсюда поскорей и никого не слушай, – со вздохом закончил старик свой рассказ. – Жизнь – одна, чтоб её.

Что тут сказать? Взбудоражили меня байки мужиков почище прыжков с парашютом.

Но, с другой стороны, чем ещё им отрабатывать дармовую водку, как не байками? Подумав, я уговорил самого немногословного из них, сопроводить меня к Эду. Распрощавшись с местным «бомондом», мы двинулись в сторону реки, где в отдельном двухэтажном срубе проживал сталкер по имени Эд.

***

На первый взгляд, Эдик не выглядел впечатляюще. Небольшого роста очкарик с вечным насморком и редким пушком над верхней губой – он больше походил на среднестатистического ботаника, чем на тёртого сталкера.

Но было в его взгляде нечто такое, что развеивало это впечатление на первых минутах беседы.

Проскальзывала в нём какая-то жёсткость: движения отрывистые, рубленные, быстрая, грамотная речь – всё говорило о его образованности и богатом жизненном опыте. Не смотря на всю склонность к шуткам, весёлым назвать его сложно. Словно нёс он в себе тяжелый, внутренний груз: улыбается, язвит, а глаза остаются холодными.

Обсудив все интересующие детали, мы перешли к вопросам экипировки.

После недолгих колебаний Эд вручил мне новёхонькую (с иголочки) сталкерскую куртку, усиленную кевларовыми пластинами, стандартный, видавший виды десантный нож ручной заточки и трехдневный запас консервов типа «Завтрак туриста».

После чего мы решили обмыть нашу сделку в ближайшем придорожном кафе. Обмывали, конечно же чаем, так как мой провожатый никогда перед делом не пил и мне не советовал.