Мутная вода

– Стоять! – скомандовал Мут, хотя шкурный интерес шептал мне ринуться вперёд, наплевав на все предостережения моего напарника. – Там, где артефакты, должны быть и аномалии. Поэтому двигайся за мной след-в-след. Так как открыли мы этот «прииск» вместе, то деньги от артов в Баре поделим пополам, лады?

Я лишь восхищённо выдохнул, но пыла нестись вперёд во мне поубавилось. Передо мной отчётливо маячил новый бронекостюм, а в сумме с моими скромными сбережениями – ещё и новенькая, в заводской смазке, штурмовая винтовка…

Таким образом, за час мы стали богаче ещё на три «Медузы», один «Выверт», два «Каменных цветка», три «Крови камня» и (о, удача) на один приличный «Хлопок».

Мут объяснил мне, что это относительно новый и слабо изученный артефакт, за который Бармен может отсчитать аж сто тысяч деревянных, что для него в принципе, говорят, вовсе не свойственно.

Выбравшись из поля потенциальной опасности, Мут перестал петлять, как заяц, и пошёл по относительной прямой, направляясь к комплексу НИИ «Агропром».

Я уже совсем было расслабился, как мой слух растревожил странный, надсадный гул, похожий на шум лопастей вертолёта.

– Ложись, – крикнул Мут, – и потянул меня на землю, – вертушка! Отползай за мной, ближе к деревьям!

Я грохнулся в пыльную траву Зоны и пополз вслед за напарником – ощущение, скажу Вам, не из приятных. Но это ничто в сравнении с опасностью быть подстреленным из крупнокалиберного пулемёта.

Оказавшись под деревьями, мы выпрямились и рысцой поскакали к ржавому, заросшему травой люку.

Вслед послышался треск очереди, и голос со слабым украинским акцентом, всерьёз усиленный динамиком сказал:

– Стоять, огонь ведётся на поражение! Нарушители в Зоне карантина!

И тут же за ним другой, чуть более хриплый и взрослый:

– Уйдут, Грабовенко! Уйдут! А ну-ка, шугнём их!

– Отставить, – снова прозвучал первый голос, очевидно, принадлежащий командиру машины. – Они уходят в тоннель. Ребята на том конце их подцепят.

***

Спустившись по скобам под землю, я долго не мог сфокусировать взгляд. После светлого, относительно погожего дня темнота подземелья действовала угнетающе. Сердце колотилось в районе горла, лёгкие с непривычки разрывало, адреналин в крови бурлил, и от этого казалось, что барабанные перепонки пульсируют в такт ударам сердца.

– Ну всё… сюда они не пойдут… – Мут закашлялся и сплюнул на грязный пол. – Вояки опасаются лезть под землю.