Чудеса из чемодана

Как только я подходила к широкому окну, она выбиралась из-за листвы эвкалипта, и просто сидела на своей любимой ветке, спокойно созерцая мои окна. Скоро я привыкла к ней, и, всякий раз выходя на балкон, в шутку здоровалась с пернатой соседкой. А однажды, перед дождём, редкого для сухого и жаркого материка, я поняла, почему ворона-флейтист получила такое музыкальное название. С долгожданными лёгкими каплями подняв голову к небу, птица издала приятные курлыкающие, похожие на бульканье звуки, словно она поприветствовала дождь.

В конце австралийской зимы, черная ворона внезапно пропала. Ветка, на которой она обычно сидела, оказалась пустой. Никто не спешил вылетать из эвкалиптовой листвы и больше не смотрел на меня любознательными янтарными глазами. Неожиданно для себя я поняла, как с исчезновением этой птицы, я потеряла милое и доброе сердцу соседство. В её безмолвном спокойном присутствии, и с интересом устремлённых янтарных глаз было что-то уютное, поддерживающее.

Мне казалось, что эта птица хотела со мной подружиться, но робость перед человеком с его таким непонятным, таинственным жилищем, не позволяла сделать решительный шаг.

А в одно весеннее утро, с неожиданным возвращением птицы, всё вдруг изменилось. Как только я разложила на балконе корм для какаду, растолкав попугаев, прямо посередине перил, плюхнулась моя чернокрылая соседка. Перья на её голове были взлохмачены, а в глазах появились озадаченность и беспокойство.

Быстро схватив клювом несколько крупинок, она тут же улетела, скрывшись в листве эвкалипта, но уже через несколько минут вернулась вновь. Так она летала, пока не закончилась порция овсяной крупы. Я поразилась вежливостью и учтивостью какаду. Они не пытались прогнать бестактную гостью. Попугаи, напротив, галантно расступившись, пропускали «даму» к кормушке. Сдержано ожидали, пока ворона соберёт овсяные хлопья и улетит. Похоже, попугаи знали причину резкой перемены в поведении до этого момента спокойной вороны.

Вскоре и мне стала известна её тайна. В тот же вечер, в гуще эвкалиптовых веток, где скрывалась загадочная ворона, я услышала пронзительный писк.

Да, она, мать! Так вот оказывается, куда она утаскивала овсяная хлопья. Сама не ела, птенцов кормила!

Бедолага, целый день носилась с балкона на дерево, и обратно. В клюв неудобно поместить плоскую рассыпчатую крупу.