Проклятие Золотого берега

 – Да никто из вас ничего толком и не умеет!

Зрители были крайне возмущены нахальством неизвестного рыцаря, однако решили промолчать и посмотреть, что же будет дальше. А тот между тем перешел в наступление.

– А ну, ты, – он ткнул пальцем в победителя. – Посмеешь выступить против меня?

– Я не посрамлю чести города и моих наставников! – храбро воскликнул юноша, вставая в боевую позицию.

Но одного молодого задора было явно недостаточно для победы. Вскоре парень пропустил удар, и струйка крови потекла по его плечу.

Еще один ловкий прием – и вот меч уже выбит из рук отчаянного, но неопытного уландийца.

– Это нечестно! – завопили с трибун. – Гость сражался боевым мечом!

– Подумаешь, – грубо возразил неизвестный рыцарь. – Я же не собирался его убивать, всего лишь указал ему его место. Ступай, парнишка, тебе еще долго надо учиться.

Несчастный ученик школы мечей медленно поплелся к выходу с арены, зажимая рукой кровоточащее плечо. Тем временем в первом ряду полковник Дельфиниум крепко сжал руку сидевшего с ним рядом воина в маске.

– Послушай, Арифас, – прошептал он ему на ухо. – Теперь вся надежда только на тебя. Я сегодня не в форме, вчера повредил ногу.

Его собеседник, не тратя лишних слов, одним прыжком перемахнул через барьер и, учтиво поклонившись, произнес:

– Благородный гость, не соизволите ли Вы сразиться с преподавателем школы? – и добавил, кивнув начальнику школы: – Я надеюсь, Вы не возражаете, чтобы и у меня был боевой меч?

– Да хоть какой угодно, – развязно ответил его противник.

 – Что мне, мечнику из самого Эйдалон-Бравира, бояться вас, провинциалов!

Однако самоуверенность гостя оказалась недостаточным оружием против истинного мастера, вернее мастерицы, воинского искусства. Поначалу их умения казались равными, однако через несколько минут стало ясно, что грубая сила незнакомца уступает ловкости и изяществу движений его противника. Трибуны неистовствовали. Крики, свистки, женский визг – все смешалось в какую-то невероятную какофонию, в которой совсем не было места ни малейшему одобрению в адрес рыцаря.

Когда он в очередной раз в ярости кинулся на соперника, тот ловко отпрянул в сторону, и могучая фигура заезжего храбреца рухнула на арену. Тут же с трибун раздались такие аплодисменты и приветственные крики, что некоторые особо чувствительные дамочки мало что не попадали в обморок. Пошатываясь, посрамленный пришелец подобрал свой меч и, даже не поклонившись, удалился с арены.