Мир Ниодара. Серебро рыжего заката

Это были его личные покои – три комнаты, соединенные между собой: спальня, гостиная с выходом на балкон и кабинет, в котором мужчина работал, предпочитая его Управлению дознания.

В последние дни Рейджа одолевало раздражение и беспокойство: все шло не так! Никаких зацепок на месте ловушки он не обнаружил, когда отправился туда на следующий день: не осталось ни следов аур, ни отголосков магических заклятий. Даже печать у алтаря исчезла, словно её там и не было вовсе. Место выглядело давно заброшенным и запущенным и не сохранило ни единого отпечатка недавних событий.

К тому же не нашлось и тело его шпиона. Сыщики буквально рыли носом землю на много миль вокруг, но это ничего не дало. Ни магически, ни по запаху парня не нашли. Главе Управления дознания так и пришлось объявить его пропавшим без вести, хотя он лично видел его окоченевший труп. Сделано это было потому, что ему не хотелось общаться с родителями умершего. Не любил он эмоциональные терзания людей. У него от них трещал ментальный щит, отчего болела голова, и сводило зубы.

«Пусть лучше так», – подумал Себастиан Рейдж, подписывая очередное постановление о поиске пропавшего, – «чем все эти слезы и слюни. Терпеть не могу».

Особенно его разочаровало отсутствие вестей на предыдущее постановление: недолисицу никто не нашел. Более того, ее никто не видел и не знал даже! Никаких данных о ней не было ни в столичном архиве, ни в посольстве лис, где они держали все сведения об оборотнях своего вида в Ардарии.

Девушки словно не существовало никогда, но он же её видел! Не привиделось же ему из-за потери крови! Не могла же галлюцинация его излечить от смертельной раны!

Мысли на эту тему все чаще посещали его, заставляя сомневаться в своих способностях.

Как сильнейший менталист в стране, он легко мог отличить ложные воспоминания от настоящих. Только теперь начинал сомневаться, что же произошло на самом деле: его спасла родовая сила или все же неизвестная и невидимая девушка – оборотница с мороком или личиной лисицы со странным хрипящим голосом.

Устав крутить и так, и эдак мысли про недолисицу, Рейдж отправил вестника домой с предупреждением, что приедет на обед. Сидеть в управлении, оглушенному мыслями и эмоциями сотни подчинённых, стало невыносимо. В тишине домашнего кабинета работать было намного легче и продуктивнее.

Предупредив секретаря, уехал как обычно в чёрном экипаже. Жёсткие рессоры подкидывали его на каждой кочке и яме, а на поворотах мужчину утягивало в сторону.