Долг платежом красен

– Сто! А ты собираешься обречь его на триста долгих лет с Всеволодом! Слушай, тебя совесть не мучает?

Егор, которого все же начинала потихоньку, но зато изощренными способами, мучить совесть, вскочил с дивана и, выпрямившись во весь рост, грозно посмотрел на Громова:

– Знаешь что? Даже если моя совесть позаимствует приемчики у инквизиции, лучше уж пускай Елизар батрачит на Всеволода, чем я! Можешь считать меня эгоистом, но у меня есть жена и ребенок, а Елизару не о ком беспокоиться, и никто не будет за него переживать.

И какая ему, в конце концов, разница кому прислуживать?

– Действительно, – перебил друга Олег, – Всеволод, по крайней мере, не будет держать парня заключенным на картине…

Егор тяжело дышал, после яростно произнесенной речи, но взгляд его перестал метать молнии и после нескольких мгновений повисшего молчания, Воронцов сказал:

– Если хотел, чтобы мне стало стыдно, то ты своего добился, – Егор увидел улыбку Олега, но стер ее с лица друга своими словами. – Но своего решения я менять не собираюсь.

Это мой последний шанс избавится от кабалы! Но можешь сильно не переживать – скорее всего, Всеволод не примет моего предложения.

Олег махнул рукой, признавая безнадежность разговора. Он искренне не понимал, почему Егор так отпирается от уплаты долга, и зачем ему нужна была такая длинная отсрочка… Но если друг не собирается его посвящать в эти вопросы, то он не станет настаивать.

Воронцов вновь уселся на диван и, успокоившись немного, просительно взглянул на Громова:

– Олег, но я же могу надеяться на тебя?

Громов кивнул и ободряюще улыбнулся Егору:

– Не беспокойся.

Что касается Насти, то с ней все будет в порядке под моим присмотром. Главное зависит от тебя, потому что если ее не разбудит сам Семен, то скорее всего, никто не разбудит… А о сыне ты позаботился?

Егор активно закивал головой:

– Конечно! Я с ним оставил свою секретаршу – она ответственная, спокойная, и в состоянии присмотреть за ребенком в течение нескольких дней. Они с Иваном дружат.

– Секретарша? – сощурился Олег, улыбнувшись. – Взъерошенная девчонка, с паникой во взгляде? Мдааа… Спокойной я бы ее не назвал. По-моему она была очень даже обеспокоена. Уверен, что она справится со столь ответственной задачей?

Олег улыбался, и Егор подумал, что друг в чем-то прав – Лиза на самом деле была не лучшей кандидатурой на роль няньки. Она даже не волшебница! А ее мысли можно читать как открытую книгу, написанную огромным шрифтом, да еще и с картинками.