Бабочка маркизы Помпадур

Свадьбы вообще обладали поразительным качеством – с легкостью будили в людях безумие. Но Леха оказался более сумасшедшим, чем все предыдущие Алинины клиенты, вместе взятые.

А главное, выглядел приличным человеком!

Серьезный такой. Лохматый вот слегка.

– Ты погляди, погляди, – он силой вложил карточку в Алинину руку.

Она собиралась сказать, что не согласна на эту авантюру ни за какие деньги, но любопытство одержало победу над здравым смыслом. И Алина глянула.

Потом еще раз.

– Это не в рублях, – уточнил Леха, глядя с насмешкой.

Сумма не укладывалась в Алининой голове. Ни вдоль, ни поперек, вообще никак. Она была абстрактной и огромной, подавляющей волю.

– Ну подумай сама, лапочка. Когда у тебя еще шанс появится заработать нормально?

– Я… я зарабатываю. Нормально.

Это было ложью, и Леха понял.

– Врешь, – сказал он с чувством глубокого удовлетворения в голосе. – Ты пока барахтаешься, но скоро пойдешь ко дну. А я тебе даю спасательный круг.

В весьма материальном выражении. Этого он не говорил, но было и так понятно: нечего Алине носом крутить, иначе Леха уйдет, и Алина останется наедине со своими проблемами и не слишком радужными перспективами.

– Да не трясись ты. Все пройдет ништяком! Кара сволочью была, но уживались… – он потер переносицу. – И с тобой уживемся. Лешка Попов от своего не отступит. Сказал, что женится, так тому и быть.

Ему, наверное, обидно. Мама говорит, что нет ничего хуже раненого самолюбия, особенно если мужского.

Оно воспаляется и нарывает, приводя к резкому ухудшению характера. Леха, каким бы он странным ни был, не заслуживает быть брошенным перед свадьбой.

– Я вам сочувствую, но…

– Мало? Назови сама. Давай, смелее. Деньги у Лехи есть. Не стесняйся.

Жалость как рукой сняло.

– Вы что, думаете, что за деньги купить можно все?

– Ну… не все, но многое.

– И меня?

– Да не тебя. Время твое. Ты ж свадьбы устраиваешь. Время тратишь.

Силы. Люди платят, и я заплачу. За время и силы, потраченные на организацию моей семейной жизни, – он улыбнулся кривовато. – Подумай, сколько всего ты потом, когда от меня освободишься, сможешь сделать.

У него даже речь стала правильной, как будто до этого момента Леха играл в себя, но другого, простоватого, но веселого парня. А глаза-то злые. Попала ты, Алина. И ведь он прав. Денег много… Алина сможет наконец съехать от родителей.