Кольцо князя-оборотня

Егор мог поклясться, что он ничего не пил. НИЧЕГО.

Он не имел права пить сегодня. Сегодня? Вчера? Завтра? Когда?

Альдов потерялся во времени. Он отчетливо помнил, как Андрей аккуратно сложил бумаги в синюю бумажную папку.

– Итак, Егор Мстиславович, поздравляю, вы сумели остаться человеком.

– Где Юля? – Теперь, лишившись всего, Альдов чувствовал себя… Беспомощным, точно глупая улитка, потерявшая раковину-дом. Все дома сразу.

– Нужно съездить в одно место. Недалеко.

Они вышли из квартиры, и Андрей долго возился с замками, кажется, Егор предложил свою помощь – ему не терпелось увидеть дочь.

Он наклонился и… Укол. Ему показалось, будто его укусил комар, но откуда в ноябре комары?

В ноябре нет комаров, значит…

Его обманули! Обвели вокруг пальца, как щенка!

– Милиция… – выдавил Альдов. – Мне нужно в милицию…

– Ща! – заржал голос. – Машина прямиком в отделение доставит. Это я тебе гарантирую!

Ведьма

Сентябрь

Андрей поселился в моей квартире. А еще у меня появилась цель.

Я должна жить и исправить ошибки прошлого, спасти Валюшу. Мое дитя страдает в аду – я была беспечна и самолюбива, я даже не крестила дочь, отобрав у нее Рай. Я во всем слушалась мужа… Нет, не мужа, человека, с которым я жила во грехе, ведь мы не венчались.

Теперь к разговорам добавились молитвы, долгие часы стояния на коленях… Сначала я плакала, когда тело, разламываясь от боли, требовало сменить позу, но мой наставник показывал фотографию дочери, и слезы высыхали.

Боль – это очищение.

А в сентябре Андрей предложил уехать.

– Есть одна обитель… – сказал он. – Даже не обитель, а так, поселение истинно верующих людей, которые, отринув блага мирские, ищут путь к спасению.

– И я могу?

– Можешь, только, Анастасья… если, конечно, достанет в тебе решимости и веры.

– Хватит.

– И я верю, – он ласково коснулся щеки. – Вступая в обитель, ты должна отказаться от нажитого в жизни предыдущей. Готова ли ты на такой шаг? – В глазах Андрея плескалось… нечто.

Ожидание? Сомнение? Жадность? Нет, мое странное чувство протеста – происки Диавола. Я не поддамся. Я буду сильной и сумею…

– Я согласна.

Мне показалось, будто Андрей вздохнул с облегчением. Нет, конечно, показалось!

Охотник

Ноябрь

– Егор Мстиславович, успокойтесь! Раньше думать надо было! – седовласый капитан стукнул кулаком по столу. Он тоже нервничал, хотя, в отличие от Альдова, пытался держать себя в руках. А Егор не мог.