Лунный камень мадам Ленорман

Он оказался высоким и широкоплечим, светлые волосы были острижены неровными прядями, и пряди эти на макушке выгорели. Кожа типа имела темно-красный оттенок, который появляется, если много времени проводить на солнце. А вот глаза были серыми, яркими.

– Спасибо, – Машка опять улыбнулась, но тип решил придерживаться исходного мрачного реноме.

– Пожалуйста, – буркнул он. – Что у вас там?

Баул и вправду был почти неподъемным.

– Книги, – честно ответила Машка. – Учебники. И диски.

– Могли бы оставить дома. У нас есть все необходимое.

Подняв баул, он развернулся и бодро зашагал по пристани. Машке осталось только следом тащиться. Она пыталась идти красиво, от бедра, но каблучки ботинок то и дело попадали в щели настила, да и сам он оказался скользким, неустойчивым. Доски скрипели, Машка покачивалась. А тип, добравшись до катера, попросту скинул Машкин баул вниз.

– Что вы…

– Руку давай, – но почему-то сам взял Машку за талию и бросил: – Не верещи!

Ну, хотя бы в отличие от баула, Машку ссадили в катер аккуратно.

Выдержит ли?

Похоже, у типа сомнений не было. Он спрыгнул в катер и, окинув Машку насмешливым взглядом, бросил:

– Не боись, довезу с ветерком.

И ведь сдержал слово!

Взревел мотор. И катер понесся по серой озерной воде. Летели брызги из-под винта, скользили тени навстречу, и Машка, чтобы не завизжать от ужаса, вцепилась в борт обеими руками. Хоть бы спасательный жилет предложил, что ли… ну просто на всякий случай.

– Да не дрожи ты так, – тип соизволил обернуться. – Все нормально будет. Пять минут – и мы на месте.

– Лучше десять.

– Почему?

– Чтоб не так… быстро. – Машка сглотнула и строго велела себе успокоиться. Не хватало еще трусихой прослыть.

А тип вдруг рассмеялся.

– Боишься?

Отрицать очевидное было глупо, и Машка созналась:

– Очень. Я… плавать не умею.

– Упущение, – согласился он. – Ничего, если захочешь – научишься. Расслабься, чудо кучерявое.

Он вдруг осекся и помрачнел. А катер, слабо заворчав, сбавил-таки ход.

Вот странно-то! Несколько минут прошли в тягостном молчании. Берег давно скрылся из виду, а другой, как Машка ни щурилась, не спешил появляться. И небо вновь тучами заволокло, того и гляди хлынет дождь.

– А дом действительно на острове стоит? – спросила она, нарушив молчание. Тип, который задумался о своем, вздрогнул. Обернулся и кивнул:

– Да.