Проклятие двух Мадонн

– Сиди уже! – рявкнул Иван Степанович и чуть тише добавил: – Тоже мне, профессию нашла… перед мужиками голой задницей крутить… внучка, называется.

– Правнучка, – ехидно добавила Любаша.

– А ты меня возрастом не попрекай, я, несмотря на годы, не в маразме… как некоторые тут думают. Одна уже доигралась, не хочу, чтоб и вторая тоже…

– Доигралась? Ну что вы, Иван Степанович, с вашей любовью ко мне я могу существовать в полной безопасности.

– На деньги намекаешь? – Дед усмехнулся.

Вот на Ольгушку Дед глядел ласково, и голос был такой… нежный, что ли, тихий, будто Дед опасался напугать ее.

– И давно приехала?

– Девять дней. – Она улыбнулась Ивану Степановичу светло и дружелюбно. – Мама сказала, что мы еще две недели побудем, и все, а я больше хочу, как прошлым летом, чтобы до августа. Можно?

Дед крякнул и поспешил согласиться, только уточнил:

– И подружка твоя останется?

– Да.

– Конечно нет. Пусть остается, – быстрый взгляд в мою сторону, и готова спорить на что угодно, завтра же, максимум послезавтра Дедова служба безопасности – а у такого человека обязательно должна быть служба безопасности – выяснит всю мою подноготную.

– Видишь, можно. – Ольгушка повернулась ко мне, светло-карие глаза светились счастьем, да и сама она за эту неделю изменилась. И волосы не серые – пепельные, с легким золотым отливом, а кожа чистая, фарфорово-белая, чуть подсвеченная румянцем…

– Я очень хотела, чтобы Сашенька осталась.

Евгения Романовна поперхнулась соком, а Дед тут же поспешил поинтересоваться:

– Почему, Оленька?

– Потому, что Саша – плохая… она… – Ольгушка наморщила лоб, вспоминая слово. – Она… это… живет с мужчинами за деньги.

– П-проститутка? – чуть заикаясь, уточнила тетушка Берта.

– Содержанка. – Ольгушка повернулась ко мне. – Правильно, Саш? Ты же сама говорила, что содержанка! Или это мама говорила? Я совсем запуталась… но Саша – она хорошая… она – моя подруга.

– Интересно, – только и сумел выдавить Дед.

Игорь

Еще как интересно. Просто до неприличия. Значит, белобрысая стерва – содержанка… какое милое слово, чуть отдающее минувшими веками, дамскими романами и данью приличиям. Она б еще гейшей назвалась. Или еще как, слов-то много, а суть одна.