Поверженный демон Врубеля

– Не знаю, – в тон ответила Людмила, – может, из обиды, что он тебя бросил?

Ольга фыркнула и, затянувшись, сказала:

– Это я его бросила, если хочешь знать… не веришь, да? Да я всегда знала, что ничего путного у нас не выйдет… слишком он мягкотелый, чтобы чего-то добиться. Мне же мужик нужен, а не плюшевый медвежонок.

– Тогда зачем ты…

– А что было делать? Жизнь такая… пришлось искать варианты.

Ольга всегда знала, что сама должна распорядиться собственной жизнью и сделать все, чтобы не повторить судьбу матери.

Нельзя сказать, чтобы судьба эта была так уж трагична. Ольга помнила свадебную фотографию родителей: молодая выпускница-педагог и молодой же, перспективный офицер. Чем не начало чудесной истории?

Правда, с годами чудо поистрепалось.

Сказались постоянные переезды. И военные городки, похожие друг на друга, одинаково неустроенные, полные скрытых интриг и раздражения, которое накапливалось годами, находя выход в мелких бытовых склоках.

Сплетни.

Кто с кем романы крутит… кто пьет, кто бьет, а кому грозит повышение.

Но только грозит… за годы мама обзавелась тремя детьми и двумя подбородками. Пышные кудри она красила в цвет «темный шоколад», чтобы скрыть седину. Говорила она громким визгливым голосом, то и дело срываясь на крик. Отец, дослужившись до капитана, вдруг ясно осознал, что выше подняться ему не позволят. И осознание это крепко его подорвало. Он стал задерживаться на работе, попивать и даже закрутил роман с местной библиотекаршей, о чем матушке донесли немедля.

Разразился скандал.

Ольга помнила прекрасно и крики, и бьющуюся посуду, и мамины слезы…

– Я на вас жизнь положила! – сказала матушка.

И слова эти после повторяла не раз и не два. Что изменилось после того скандала? А ничего… состоялось примирение с чахлым букетом полевых цветов, уверениями, что подобное не повторится – бес попутал, не иначе… матушкино обиженное бурчание…

…Перевод.

…Новый городок, еще более чахлый, нежели прочие… и снова интриги, запои, скоротечный роман… скандал.

Выяснение отношений.

Первой не выдержала Оксанка.

– Ты как знаешь, а я тут свихнусь… – она сложила вещи и уехала поступать. Это матушке она так сказала, но Ольга поняла – сестрица врет.

Оксане повезло.

Она и вправду поступила, пусть и в тот же педагогический, в котором некогда училась матушка. И та, давным-давно позабывшая о своем дипломе, этакую преемственность встретила слезами счастья.