Райские птицы из прошлого века

И редкие облака – седина. Вечер грозил скорой смертью и шелестел голубиными крыльями.

Голуби были рядом. Они ворковали, переговаривались, изредка замолкая, чтобы в следующий миг отозваться смешливым курлыканьем.

В доме нет голубей!

Сергей вот жаловался, что голуби спать мешают. Странно, что жаловался лишь на это. Не желал втягивать чужого в семейные дрязги? Олег – не чужой. И не слепой. Все же видел. Все, кроме чертовых голубей.

Опершись руками на подоконник – с той стороны он пострадал сильнее, – Олег выглянул наружу.

Никаких голубей!

Но они рядом. Много. Птичьи тела облепили карниз, жмутся друг к дружке, заботливо прикрывают крылами. И курлычут, курлычут… до головной боли!

Олег лег на спину, зацепился ногами за подоконник, а руками уперся в раму, оттолкнулся, перевешиваясь на ту сторону. Он балансировал, пытаясь увидеть треклятых птиц, но видел лишь тени, которые могли быть голубями, а могли – тенями.

– Кыш! – крикнул он.

Тени закопошились. Заскрипели перья, зацокали по камню острые коготки.

– Кыш пошли! – Олег взмахнул рукой.

Курлыканье смехом, тихим, издевательским.

Надо еще немного вперед. Буквально на сантиметр… полсантиметра… на волос. Подоконник крепкий. Трещит? Любое дерево трещит. Выдержит как-нибудь.

– Кыш!

Олег махал руками, тени плясали, дразнились, но опасались подходить чересчур уж близко. В какой-то момент воцарилась тишина.

Что он творит? Разумный же человек, а ведет себя, как пацан. Возвращаться надо.

Сухо щелкнул подоконник, покосился, грозя прокатить по каменной горке.

– Я идиот, – сказал Олег, очень осторожно выпрямляя руки. Пальцы коснулись дерева… соскользнули с дерева. И подоконник отполз еще немного. А доска, за которую Олег держался, треснула вдруг. Переломится?

– Я долбаный идиот.

Он выдохнул и вдохнул, боясь, что и этой малости хватит для падения.

Скрипнуло.

– Эй, кто там? Помогите, пожалуйста.

Помогут. Сейчас возьмут за ноги и втянут в комнату. Олег посмеется над собственной глупостью и скажет спасибо спасителю за своевременную помощь.

– Эй…

Камешки струйкой полетели вниз.

– Я сейчас упаду.

А если ему, тому, кто пришел, надо, чтобы Олег упал? Это же просто – подождать. Дом сделает грязную работу, и Мария Петровна получит долгожданный кус наследства.