Счастливый доллар

Девица следила за манипуляциями Семена пристально, как демократичная Америка за предвыборной гонкой. Молчала. Сопела. Скребла свободной рукой растертое запястье. Вовремя он ее пристегнул. Сбежала бы. И не факт, что не сбежит.

– Тебе в больницу надо, – сказала она.

Надо. Кто бы спорил. Да только в больнице про огнестрел моментом доложат. И положат. Сначала в палату, потом в камеру. А там при некоторой доле невезения и на кладбище. Ему и так подфартило: девочка-колокольчик не стала добивать.

Тварь она.

Но за что?

– И я в туалет хочу, – пленница заерзала на кровати и скрестила ноги.

Ох, Семен, где были твои мозги ныне ночью? В огненной дыре, что возникла в боку. В слабости. В страхе, что та, другая, вернется. Или что менты заявятся и возьмут над теплым трупом.

– Ну пожалуйста!

Семен поднялся – если двигаться осторожно, то все не так и страшно. Надо попить. И поесть. Продукты он забрал, только там мало. Но в бабкиных запасах сахар должен быть. Он читал, что при кровопотере нужно есть сладкое, чтобы запас глюкозы восстановить.

Девица смотрит почти с ненавистью.

В туалет. В кухне ведро есть. Сойдет.

– Отвернись, – сказала она, брезгливо сморщив нос. Семен мотнул головой: еще чего, у нее на физии написано желание приложить его чем-нибудь тяжелым. И нельзя сказать, что желание это незаконно.

– Я его не убивал.

Смотреть он старался поверх ее головы.

– В меня самого стреляли. Я просто испугался, что меня посадят.

Хмыкнула.

– Он был мужем моей любовницы, понимаешь?

Зачем рассказывать ей? Случайная величина, затесавшаяся в и без того нелепое уравнение. Семен даже имени ее не знает.

– Как тебя зовут?

А если опереться на стену, то стоять легче.

– Агнешка, – ответила девица, заправляя рубашку в джинсы, и хмуро добавила: – В честь прабабки. А тебя?

– Семен. В честь кого, не знаю, поэтому просто.

Кивнула. Медленно вытянула руки, дескать, заковывай.

– В машину. Там продукты. Принеси. Если решишь бежать, то учти – ключи от машины у меня. Стреляю я хорошо. И по движущейся мишени тоже. До ближайшего населенного пункта километров сорок, и то, если напрямик. А здешние леса – не парк. Заблудишься. И волки тут водятся.

Поверила ли? Вряд ли, Семен никогда не умел врать. Но сейчас будет возможность проверить.

– Идешь медленно, и чтобы я все время видел.