Волшебный пояс Жанны д’Арк

– Жанна! Жанна, ты где?

Здесь.

У старой башни. Жмется к холодным камням, которые способны поведать о многом, и думает… она всегда только и делает, что думает. А мыслям в голове тесно, они шевелятся, как могильные черви. И Жанна порой боится, что все эти мысли выберутся наружу.

И люди увидят, до чего они некрасивы.

– Жанна! – Его голос мешал сосредоточиться, а ведь у Жанны почти получилось снова… правда, в тот раз ей не поверили, а наставница и за розги взялась, потому как розги – первейшее средство борьбы с греховностью.

Нет, опять она запуталась.

И все из-за него!

– Тут я. – Жанна поднялась и отряхнула юбки, сшитые из плотной немаркой ткани. – Чего ты хочешь?

– Ничего. Я тебя искал.

Жиль взбирался на холм.

Мелкий и худощавый, издали он походил бы на девочку, если бы девочке дозволяли носить мужскую одежду. А еще у него волосы темные и колечками вьются, из-за волос Жиля деревенские и дразнят. Он же злится и тотчас забывает и про то, что является наследником древнего рода, и про рыцарский пояс, который рано или поздно, но всенепременно унаследует, и про то, что к словам простолюдинов должен относиться со снисхождением…

– Нашел.

Настроение ушло. А без настроения у нее ничего не получится. И вот почему так? Стоит только подойти к той, заветной грани, у которой ее душа готова воспарить в чертоги Господа, как тут же появляется Жиль…

…или наставница.

…или еще кто-нибудь, кому вдруг понадобилась Жанна. И ведь, куда ни спрячься, обнаружат.

– А ты опять сбежала? – Жиль тяжело дышал.

Старая башня стояла наособицу, на вершине холма. Поговаривали, будто в стародавние времена этот холм был куда как выше, а башня – и вовсе грозной. Сейчас холм осел, точно переходившее тесто, а от башни осталась груда старых камней.

– Сбежала. – Жанна села на траву. И Жиль устроился рядом.

Он неплохой. Брат все-таки… правда, только наполовину, и вообще это большая-пребольшая тайна, знать которую Жанне вовсе не полагается, но она знает.

Жиль обрадовался. Он всегда хотел сестру иметь, но его матушка, которая еще в том году занемогла, а после и вовсе померла, изначально была слаба здоровьем. И из всех детей, ею рожденных, выжил только Жиль. Про свою матушку Жанна ничего не знает, нет, ей говорят, что будто бы Изабелла – это ее мать, но лгут же… Правда, Жанна делает вид, что верит.