Белый тигр

Княжич никогда не слышал этих слов раньше. Но голос… он казался родным. Сладко и тепло становилось в груди от этого голоса, и юноша, застыв, внимал этой тихой песне, боясь пропустить хоть слово.

– Ой ты дитятко мое родимое,

Златы кудри твои, ясны твои глазоньки,

Ой кровинушка моя ты милая,

Свет очей моих, отрада, солнце ясное…

Ой да минет ночка, мгла рассеется,

Зоренька взойдет и травы высушит,

Мать-земля впитает твою кровушку,

Силы даст тебе, свое благословение.

Ой да небеса мои лазурные,

Ой да ветерок веселый, радостный,

Вы скажите моему дитяти милому,

Быть ему отважным славным витязем,

Будет он ходить в походы дальние

И мечом сражать коварных ворогов…

Голос затихал, и княжич погружался в умиротворяющий сон.

Теперь ему казалось, что он утопает в мягких подушках, пуховых перинах, что он снова, будто младенец, нежится в люльке и его окружают любящие и заботливые люди… И ощущал он рядом присутствие матери – она гладила его по голове нежными и мягкими руками и смотрела на него с безмерной любовью… И знал княжич, что любовь материнская будет хранить его от бед даже из Валоха – края вечного упокоения…

Глава IV.

Выздоровление. Разговоры с ведуньей. Чаяну удается приручить диких зверенышей

Вейница торопилась. С холщовой сумой через плечо шла она через чащу. Порой лес становился настолько непролазным, что ей приходилось продираться через заросли, раздвигая ветки своим дубовым посохом. Порой останавливалась она, прикрывала глаза, пытаясь нащупать ускользающую нить, что вела ее по верному пути.

Она знала, что юноша в беде, но не знала, что именно произошло с ним.

Сегодня утром вдруг она услышала голос: «Помоги Чаяну! Иди к нему! Я покажу дорогу…» Старуха подняла глаза вверх – и увидела средь легких облаков призрачный образ женщины с развевающимися волосами – тревога сквозила в ее глазах. «Мурава явилась мне из мира мертвых, чтобы сказать о том, что с ее сыном приключилась какая-то беда», – догадалась ведунья.

– Я помогу, – с готовностью ответила она, склонив голову.

– Иди туда, – указала призрачная женщина – и ворох едва заметных солнечных зайчиков рассыпался по земле из-под ее руки, образуя подобие тропинки. – Думай о нем, и ты придешь туда, куда надо. А я не могу больше здесь оставаться… Прошу, поспеши… Спаси моего сына… – Образ таял, голос затихал, и вскоре без следа растворился среди облаков.