Любовь тебя настигнет

Если уж Игорьку, которого она с пеленок знает, нельзя остаться с Поленькой, то уголовного вида субъекту, который не знаком даже участковому, и подавно.

Полина была в таком раздрае от всего произошедшего, что лишь пожала плечами, закрывая дверь.

– Коль, отвези к Бояринову, и можешь домой, – пока машина вырулила, мужчина нашел знакомое окно, на котором подозрительно качнулась тюль.

"Поль, а хорошо целуется," – мечтательно промурлыкало сознание. Вот только момент был упущен.

Глава 6

– Чего пьем? – Петр не стал долго раскачиваться.

– Коньяк, – Сергей тоже был адептом лаконичности.

– Я не про меню тебя спрашиваю, а про повод.

– От меня жена уходит, – друг облокотился на перила и замер, высматривая что–то в пустоте.

– В монастырь? – поинтересовался Петр.

– Почему? – не понял юмора Сергей.

– Потому что после тебя только он и успокоит расшатанные нервы. Причем исключительно мужской.

– Петь, я к тебе, как к другу, а ты… – махнул рукой Бояринов и залпом дернул коньяк.

– Аналогично, – Горянов последовал поданному примеру. – Распространяйся давай. Желательно с самого начала.

В мыслях Петр уже вовсю чехвостил подчиненных, прозевавших такую сенсацию.

– Ее на конференцию пригласили. За бугор, – Сергей был очень серьезно расстроен. Настолько, что, не закусывая, хлопнул одну за другой две рюмки. Третью Горянов у него забрал, мудро засунув в возмущенно открытый рот дольку лимона.

– А с чего ты решил, что она оттуда не вернется? – логика у друга хромала будь здоров, по мнению Петра.

– Потому что я ее туда не пустил, – осознав тщетность попыток отобрать тару, Бояринов не стал мудрствовать и хлебнул коньяк из горла.

– Дурак, – констатировал Петр, отбирая и бутылку.

– А у тебя что? – отвлекся от собственной беды Сергей.

– А у меня мезальянс, – Горянов грустно посмотрел на коньяк.

– Чего? – не понял терминологии Бояринов.

– Мезальянс, говорю, – повторил Петр, наливая очередную.

Дальнейшая беседа была очень содержательной и стратегически насыщенной.

Коньяк – абсолютно предсказуемым. Поэтому к утру мужчины помнили только, что женщины – зло, с которым нужно бороться. Исключительно добром. А такое важное дело, как борьба со вселенским злом, под силу только добрым молодцам. К концу второй бутылки молодцы успели составить план по спасению мира и дошли до той степени готовности, когда никакое зло не пугает, а любой водоем выше колена не поднимается.