Новая раса

Он считывал всю информацию о ней, все желания, потребности, её состояние, чувства и… возможности. И дать ей реализовать все её возможности он не сможет.

В гараж Катюша зашла осторожно, как будто боясь нарушить его одиночество. Было уже темно, и свет включился автоматически. Она жестами погасила его и направилась в восстановительную камеру, где и нашла Одина. Похоже, что отключил он её совсем недавно. Воздух ещё подрагивал сиреневым туманом. Обычно шумная и смеющаяся рядом с ним, она подошла тихо и просто села рядом.

– Ты как? – осторожно спросила она и смахнула с его плеча фиолетовые пылинки.

– Не знаю… Кэтти, ты перспективу какую-то для нас видишь? Есть ли смысл в этих отношениях?

– Есть, конечно. Нам же хорошо вместе, – она ожидала чего угодно, но только не такого вопроса.

– Ты уверена, что тебе всегда будет этого хватать?

– Один! Не пугай меня! Ты к чему всё это? Что ты там установил себе?

– Кэт, нет, нет! Я ни о том, что всё прекратить надо. Только не сейчас, не теперь…

– Никогда! Я не смогу без тебя уже.

– Похоже, что я без тебя тоже. Просто… Я не смогу дать тебе жизнь фрилайфера, к которой ты стремишься, быть рядом. У меня есть и другие задачи, кроме просто жизни.

– Я смогу быть рядом.

– Не смогу дать детей.

– Я знаю, это не меняет ничего. Один, я прошу тебя… Не думай ты об этом. Знаю, что ты не можешь не думать, но…

– Кэт, мы настолько разные! Я сейчас только понял насколько.

– Что-то я не замечала. Пойдём наверх? Мне там удобнее спать, только и вся разница.

Ну, ещё есть несколько отличий, физиологических, но это же мелочи. И быть вместе нам ничего не мешает.

Он встал и молча пошёл наверх. Катюша, видя его состояние, ни на что не надеялась. Ей хотелось быть рядом, понять, что его так тревожит. Она пошла за ним.

Такого Одина, как в тот вечер, она видела первый и последний раз в жизни.

– Кэтти! Все те люди… Которые гибли тогда… А те, кто в живых оставался… Я понимаю, что они теряли… Это чувство, Кэтти!.. Это тяжело, ужасно тяжело, но если этого не будет, то и жить уже смысла нет…

Он очень редко говорил про войну, а если и говорил, то монотонно, лишь рассказывая какое-то событие.

Новая программа обострила все его чувства, и любовь к Катюше, и общее восприятие жизни, и сделала ещё страшнее и без того страшные воспоминания.

– Кэтти! Ты знаешь, что ты очень красивая!

– Теперь знаю, – ответила она.

– Я машина, Кэт! Робот, компьютер!

– Нет! Ты человек, просто другой. Другой расы.