Мама в каждом слове

Но при этом доверяющего жизни, ведь уверенность в том, что тебя любят несмотря ни на что, была впитана ещё в утробе матери.

Чудо и чудовище

Арина Савицкая

Аня ходила из угла в угол, пытаясь чем-нибудь себя занять, пролистывала сериалы, пыталась даже читать, но текст не воспринимался: перелистывая страницу, она понимала, что не усвоила ни строчки.

При каждой вибрации телефона Аня вздрагивала. Она ожидала письмо с результатами анализов. К вечеру оно пришло. Дрожащими руками Аня открыла сообщение.

Грудь сдавило, дышать становилось всё тяжелее. Комок в горле рос и словно душил, а на глаза навернулись предательские слёзы.

АМГ ушёл ниже единицы. А это значит, что у неё никогда не будет детей. Климакс подкрался в 35. В 35! Кажется, и пожить-то не успела. Молодая, красивая, здоровая. Стоп. Здоровая ли?!

Уже 5 лет Аня безуспешно пыталась забеременеть. Прошла два ЭКО и усиленно лечилась. Она видела в ребёнке продолжение себя, но ребёнок всё к ней не шёл.

«А может, и не надо… – успокаивала себя Аня. – Наверное, я была бы плохой матерью».

При словосочетании «плохая мать» Аня съёживалась, словно становясь меньше. Всё её тело напрягалось, а она сама как будто замирала.

«Буду такой же плохой матерью, как моя мать», – продолжила Аня мысленно и зарыдала.

Душили воспоминания о прошлом, мучили мысли о будущем, о том, о котором мечталось, но которое, была уверена девушка, уже никогда не сбудется. В воспоминаниях приходила её хрупкая, как кукла Барби, светловолосая мать, которую Аня уже и не помнила трезвой, и Он.

Он, который забирал пятилетнюю девочку из рук матери, приходившей в гости. Мать уходила на кухню, а Он гладил девочку, обнимал, целовал, кормил конфетами, а потом входил в неё, как во взрослую женщину. А после мама забирала зарёванную Аню и пакет алкоголя с продуктами и вела домой. До следующего раза.

Аня свернулась в клубок. Воспоминание было настолько живым, что ей казалось, оно происходит прямо сейчас. Она чувствовала во рту вкус тех шоколадных конфет, а в теле – раздирающую боль.

Сколько раз она прорабатывала эту ситуацию с психологом, сколько проговаривала, но легче не становилось. В висках вместе с тяжёлыми ударами сердца стучало: «плохая мать, плохая мать, плохая мать».

Из ада материнской опеки Аню забрала бабушка, она увезла малышку в другой город. И больше мать, в общем-то, не интересовалась жизнью девочки. Аня росла и очень боялась стать такой же, как мать.