Неисповедимы пути Господни, или Привет из Космоса

Они не задумывались о том, что многие люди совсем иначе относятся к окончанию зимы. Иногда Толику казалось, что весенняя радость, описанная в книжках больше похожа на сказку – красивая, но почти нереальная.

И все же душа Толика была очень чувствительна красоте не только в стихах и прозе. Он очень любил природу. Обычно в школу дети шли вместе, но возвращались в разное время и Толик шел, рассматривая игру солнечных зайчиков на домах и заборах, слушая шум ветра в ветках деревьев и нередко беспричинно улыбался только потому, что видел во всем окружающем мире творческую руку Бога.

Мальчик очень любил свою улицу, утопавшую в роскошных кустах сирени, что дружно зацветала в середине мая, незадолго перед началом летних каникул. Он смотрел на палисадник одних соседей, где покачивались ветки белой сирени, или вдыхал запах светло-сиреневых кустов проходя мимо другого забора, улыбался темным цветам, роскошной колерованной сирени в глубине сада третьих. У всех соседей она была разной, но ее запах упоительно наполнял воздух всего района, радуя людей и насекомых.

Иногда мальчик забывал о том, что нужно спешить домой и останавливался, чтобы понаблюдать за красивой бабочкой, перелетающей с одного цветка на другой, или пытаясь поймать в ладошку «музыканта» – насекомое, немного похожее на пчелу. Пойманный «музыкант» тихонько жужжал в ладошке, пытаясь вырваться на свободу. Всегда был риск ошибиться и поймать пчелу, которая могла ужалить. И это было особым, личным знанием – умение различить этих двух насекомых.

Все ребята улицы любили выбирать на кустах цветки с пятью или шестью лепесточками. Это было огромное удовольствие, разглядывая четырехлепестковые цветки, найти необычные.

– Если загадаешь желание, а потом съешь такой цветок, то все обязательно сбудется, – учили соседские ребята.

Толик не раз загадывал желание и съедал цветок, но ни разу мечта не сбылась. В основном мальчик мечтал, чтобы его родители придумали какой-нибудь другой способ заработка, вместо теплиц.

Конечно, отец работал на производстве. Ведь в противном случае его могли посадить в тюрьму за тунеядство. Но он просто брал дежурство, и уходил из дома на сутки, затем мог три дня работать на огороде, и продавать плоды на рынке.

По пути из школы домой, мальчик старался не думать о том, что его ждет.