Призрак мятежного Ориона

«Транспорта» твои наблюдали. Но поздно, только после всплытия под перископ, стали предполагать, что это твоя «игрушка». На шумоконтакт не вышли. В третьей точке мы пока не разобрались, но я понял, что ты полными ходами проскочил под нами. Лихо. Потом на разборе встретимся. Пусть штурман готовит кальку маневрирования в трёх экземплярах. Как понял, приём, – ответил Касаткин.

– Понял Вас. Понял Вас хорошо, – обычная фраза на УКВ переговорах без репетования.

– Как стрелять будем? – запросил он.

– Предлагаю обсудить после ужина.

А пока займём свои точки. Погода Вас не смущает, товарищ начальник штаба? – предложил и спросил Самарин.

– Думаю, успеем. Надо на первом же галсе стрелять. Большой торпедолов дрейфует на северной кромке района. Он в готовности. Приятного аппетита. Приём, – выдал своё решение руководитель стрельб.

– Взаимно. До связи. Приём, – ответил Виктор, и снял гарнитуру.

* * *

В назначенное время, они заняли свои точки перед погружением.

Обсудили некоторые детали атаки и контратаки.

«Б-871», как суперсовременный подводный монстр, используя своё преимущество в акустике и шумности, упреждает «тридцать седьмую» в дальности обнаружения и атакует первой. «С-37» форсирует противолодочный рубеж, где по данным разведки работает подводная лодка вероятного противника. С обнаружением атаки торпедами контратакует, как мы говорим «через помеху». Вот только для близости к реально-боевой обстановке, следовало бы «Варшавянке» стрелять телеуправляемыми по проводам торпедами, как это, наверняка, сделал бы «турок» подобными «Zeeschlange».

Заканчивая инструктаж, руководитель напомнил:

«Главное, не забудь «шумилку» включать следом за нами, а после нашего залпа не меньше трёх минут».

Вот так, упрощенчески втирая очки, мы и собираемся воевать с «туркой». Как всегда, как и все.

Главное результат. Мы, верные своему предназначению, погрузились шуметь своими «шумилками» МГС-29 на всё Чёрное море.

«Все вниз. Погружаемся» – скомандовал Самарин и, глотнув несколько раз атмосферного воздуха, захлопнул над головой массивную крышку люка, – Задраен верхний рубочный люк.

С Богом!».

Его тихое и, всегдашнее при погружении пожелание всем, но слышимое только рулевому Гришину в шлюзовой камере.

* * *

Эта стрельба «через помеху» корабельным боевым расчётом и торпедистами была отработана не только на тренировках, но и дважды в море с применением практического оружия.