История скрипача. Москва. Годы страха, годы надежд. 1935-1979

История скрипача. Москва. Годы страха, годы надежд. 1935-1979

Артур Давидович Штильман

Известный скрипач Артур Штильман, игравший много лет в оркестре Большого театра, дававший сольные концерты, а после эмиграции в США в 1979 году работавший в оркестре «Метрополитен Опера», делится с читателями воспоминаниями о детстве и юности, учебе в Центральной Музыкальной Школе, а позже в Московской консерватории, о войне и мирном времени, о работе в оркестре Большого театра. Автор с большой любовью рисует образ Москвы того времени.

Эта книга – невероятно интересный документ эпохи, написанный талантливым скрипачом и честным человеком.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Артур Штильман

История скрипача. Москва. Годы страха, годы надежд. 1935-1979

Моим жене и сыну, моим друзьям и коллегам – здравствующим и ушедшим – посвящаются эти воспоминания о Москве

На последней странице обложки – фрагмент картины художника Александра Риза «Берсеньевская набережная Москвы-реки»

© А.

Д. Штильман, 2017

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2017

Вместо предисловия

Замечательный писатель Владимир Войнович писал в своей книге «Монументальная пропаганда» о времени и ощущении возраста людей разных поколений:

«Человека можно вообразить идущим в середине большой колонны: и впереди ещё много народу, и сзади кто-то вливается. Человек идёт, идёт и вдруг замечает, что приблизился к краю и впереди уже никого. Не стало людей, которые были старше на двадцать лет, на десять, на пять, да и ровесники сильно повымерли.

И уже куда не сунься, везде он самый старший. Он оглядывается назад, там много людей помоложе, но они-то росли, когда оглянувшийся был уже не у дел, с ними он не общался и не знаком. И получается так, что старый человек, ещё оставаясь среди людей, оказывается одиноким. Вокруг шумит чужая жизнь. Чужие нравы, страсти, интересы и даже язык не совсем понятен. И возникает у человека ощущение, что попал он на чужбину, оставаясь там, откуда он не уезжал».

Здесь нужно внести некоторую ясность: в отличие от этого абстрактного человека автор этих воспоминаний о жизни в Москве от рождения до 1979 года, то есть прожив в ней 44 года уехал из Москвы и из страны, хотя «чужбины» вокруг себя никогда не ощущал, жил со своей семьёй, потом родители приехали в Америку и даже успели тут прожить не один год. Но, как говорят – «биологические часы идут для всех», что совершенно справедливо.