Небо для всех

Конец века оказался гуманнее, не случайно здесь появились первые революционные кружки. Умы бродили модными идеями социального переустройства. Совсем недавно был отчислен с факультета за вольнодумство будущий вождь русской революции.

– Александр, Саша! – кто-то окликает Васильева, и он задумчиво бредущий весенним набережным бульваром, оглянувшись, видит вольнослушательницу Лидию. Она ему нравилась. Лидия держалась независимо, не посещала кружки и не состояла ни в одной модной партийной ячейке.

Одевалась изящно, не в пример другим курсисткам, ходившим в черном как монашенки. Носила украшения, умело пользовалась помадой и пудрой, казалась всегда дружелюбна и приятна в общении. И главное: не заносилась, хотя была из состоятельной семьи.

– Ты расстроен? Может быть, прогуляемся?

– Мы уже гуляем, – улыбнулся Александр.

Погода, несмотря на запоздавшую весну, была чудесной. В прозрачной волжской воде отражались бегущие облака, подсвеченные кое-где солнцем.

Хотелось идти без всяких мыслей, не задумываясь ни о чем, даже сочинять на ходу.

Этот день в дневнике Васильева, хранящемся в московском архиве, был помечен единственной записью: «Встретил Лиду». Уверена, если бы сохранился дневник Лидии, там тоже оказалась бы одна запись: «Встретила Сашу».

– Допивай молоко скорее, иначе рискуем опоздать на выставку.

В зеркале видна счастливая пара: он худощавый, слегка скуластое лицо, умный и пытливый взгляд, над четко очерченными губами темные усы.

И она, с толстой косой каштановых волос и зелёными глазами лесной феи.

Для выхода в свет в этот день десятого октября девятьсот девятого года Лидия принарядилась особенно. Платье с завышенной талией с элементами восточного стиля, узкий лиф и широкая юбка с оборками подчеркивают изящество фигуры.

Это их свадебный тур. Они скромно отметили празднество в кругу родственников в Казани и отправились вначале в Москву, а потом в Санкт-Петербург.

Петербургская гостиница, заказанная по телефону, оказалась в самом центре. Широкая лестница с коваными фонарями, ковровая дорожка, притянутая к мрамору латунными прутами, обходительный портье. Они прожили здесь уже неделю, ежедневно выбираясь то в Летний сад, то на острова.

Сегодня решили пойти завтракать в «Метрополь». Солнце блестело в огромных витринах Невского проспекта.