ПРОСТИтутка, или Долгая дорога к Богу.

Оля смотрела на прогуливающихся людей мимо фонтана и ей было грустно. Ей этот летний краснодарский бульвар напомнил Лазаревское – ее дом, своим домом она всегда считала Лазаревское, дом ее отца, откуда ее увезла мать и ее счастье осталось в Лазаревском, там, где ее дом, ее отец, так она считала, так она чувствовала.

– Все давай, – прервал ее грустные мысли Ян, – слушай внимательно, я долго рассюсикивать не буду, постарайся запомнить, что я тебе скажу, так как если знаешь – значит можешь изменить, это не окончательный приговор.

Понятно?

– Да, давай уже, – с лёгким раздражение ответила Оля. Она не любила назидания.

– Ты сейчас едешь очень далеко, но ты нам это уже сказала. И ты не вернешься скоро, как собираешься, ты уезжаешь на очень долго.

Между фразами были не большие паузы. Ян крутил чашку под разными углами, всматривался туда, крутил даже свою голову.

– Там, куда ты едешь очень много людей, вижу очень много людей и это не просто большой город. Эти люди окружают тебя, они все имеют к тебе отношение.

«Видимо девушек у Бориса много»,– подумала Оля.

– Вообще это очень плохое, злое место, куда ты едешь, ты там можешь пропасть. Лицо у Яна стало сосредоточенным и он, как бы, глубже стал всматриваться в эту маленькую чашечку, как будто там, внутри для него одного пространство раскрывалось.

– Тебя спасет человек, молодой человек, с большими глазами. Запомни. Ты должна будешь не проморгать его, когда он придёт тебя спасать.

Если ты его не заметишь и не уйдешь с ним – ты погибнешь. И еще. А когда он спасет тебя – ты его больше никогда не увидишь, будешь искать, но не найдешь.

Глава 4. Таета.

На следующий день рано утром Оля и Борис отправились в путь на серебристой «Toyote Mark 2». Машина праворульная и поэтому Оля выступала в роли штурмана. Борис ехал очень быстро, и они почти всегда шли на обгон, поэтому Ольге нужно было все время смотреть, что происходит впереди идущего и говорить об окнах для обгона.

Ни в какую гостиницу за всю дорогу они не заехали, только остановились один раз в Воронеже, поспали четыре часа прямо в машине и поехали дальше. Борис пил и ел прямо за рулем, только писять иногда останавливались и то, уже, когда совсем надо. Ноги у Оли болели от отсутствия движения, особенно колени.

В детстве Олиным коленкам доставалось. Она была очень шустрой, подвижной, все время куда-то бежала, постоянно были какие-то дела.