ПРОСТИтутка, или Долгая дорога к Богу.

Ты утром опоздал, или вообще не приехал? – начала Галицина.

– Нет. Я ровно в 10.00 звонил в вашу дверь. Я там вам записку оставил.

– Мы из дома вышли в 10.20 и записки никакой не видели.

– Я ровно в десять стоял у вашей двери и звонил, – грустно продолжал Алексей.

Оле стало жалко брата. Она ничего не понимала, но верила ему. Ольга представила, как ее братик рано утром в свой выходной ехал к ней через весь город. Приехал, а ему не открывают. "Ужасно", – подумала Оля.

– Ладно. Потом разберемся, – Оля взглянула на часы, висящие на стене.

 – Так, сейчас уже пол восьмого…

– Сейчас без пяти семь – поправил ее брат.

– Я сейчас смотрю на часы – пол восьмого.

– Я тоже сейчас смотрю на часы – настаивал брат.

Оля посмотрела на свои ручные часы, они, конечно были больше декоративные: типа серебряные, с красивым серебряным браслетом, с не большим синим овальным циферблатом, где цифры 12, 3, 6 и 9 были цифрами, а остальные обозначались только маленькими "брильянтами". Но шли они исправно. На них было почти семь.

– Да, семь…, – Оля задумалась, – он что, перевел часы, специально? … – Ольга говорила это вслух, но на самом деле про себя. Брат на том конце провода молчал. – Ладно, – Оля взяла себя в руки. Для нее все было ясно. – Ты можешь сегодня вечером быть на Невском? Мы с тобой вдвоем отметим мой день рождения.

– Могу.

– Если я сейчас выйду из дома, через сколько я буду на такси у Казанского собора? – спросила Оля у брата.

– Думаю, через минут сорок.

– А ты через сколько будешь там, у Казанского?

– Ну, мне одеться минут тридцать, дойти до метро минут двадцать и в метро минут сорок…Значит через полтора часа.

 – отвечал Алексей.

– Так, значит в восемь тридцать встречаемся у входа в Казанский собор. Хорошо?

– Хорошо.

Оля положила трубку. Митя был еще в душе и пел там песни на английском языке.

" Хорошо. Я напишу ему записку ", – подумала Ольга.

" А теперь я поехала отмечать свой день рождения со своим братом так, как я хочу. Ты сможешь в ближайшее время найти меня в «Мани Хани».

Я тебя тоже приглашаю, если что " Такую записку написала Галицина и положила на кухонный стол. Она взяла все деньги, которые лежали на полочке в серванте, там было около шести тысяч и вышла из квартиры.

Галицины всю ночь ездили по клубам Санкт-Петербурга. Были они, конечно, и в «Maney Haney», и в "Конюшне" – это ночной двухэтажный стриптиз-клуб, на канале Грибоедова, возле храма "Спас на Крови". Были еще в каких-то.