Профессор Башарин. Переписка с историками (1943-1989 гг.)

Кроме того, где гарантия, что Виктор Иванович через год не даст такой же отзыв, какой нынче? Где гарантия, что Гурвич и Гоголев через год не дадут такой же погромный ответ, какой нынче?

Дорогой Николай Михайлович, как мне быть? Могу ли я просить дирекцию, несмотря ни на что, поставить мою работу на защиту с тем, чтобы разногласия между рецензентами были рассмотрены учёным советом, чтобы моя судьба была решена коллегиальным способом, а не двумя-тремя рецензентами. Недавно в «Правде» я читал заметку, что научный работник имеет право отстаивать свои новые идеи, выводы.

Выводы моей работы новые, я хочу отстаивать их на заседании учёного совета. Если провалюсь, так провалюсь, как говорят, с песней. Если бы как-нибудь оставили меня в Институте истории в качестве или докторанта, или прикреплённого, то [можно] было бы ещё подумать. Иногда думаю, а нельзя ли защитить данную мою работу в качестве кандидатской диссертации.

До сих пор, несмотря на все трудности, я чувствовал себя более или менее спокойно, надеялся на то, что наконец-то защищу диссертацию.

В настоящее время нахожусь в ужасном состоянии.

Дорогой Николай Михайлович, моё положение безвыходное. Если будут закрыты мои, по определению С.А. Токарева, «существенные открытия» в изучении истории агарных отношений, то я не выдержу эту несправедливость в нашей стране, где торжествует правда. Новых лишений и унижений я не в состоянии перенести. Я буду добиваться того, чтобы моя работа стала предметом обсуждения научной общественности.

Представляю Вам отзывы проф[ессора] Кабанова, доцента Сафронова и В.И. Шункова о моей работе для ознакомления.

С глубокой надеждой на Вашу помощь Г. Башарин

    Москва. Горького, 49, комн.76, т. Д–1–15–14. доб. 76.

    АРАН. Ф. 1604. Оп. 4. Д. 283. Л. 14–15 об.

№ 25

Г.П. Башарин – А.Л. Сидорову

16 июня 1955 г.

Дорогой Аркадий Лаврович!

Очень извиняюсь, что я нервничал у Вас. Вы так чутко, тактично относитесь ко мне, а я … То, что пережил и переживаю, сделало меня нервным.

Не помню, чтобы до [19]52 г. я нервничал хоть раз. Ещё раз прошу извинения.

У себя дома я понял, что дирекция совершенно правильно решила отложить мою защиту до осени. Это решение в мою пользу. В мою пользу работало и работает и время. Я с нетерпением жду итоги дискуссии по вопросам о сущности патриархально-феодальных отношений у скотоводческих народов. Прошу Вас ознакомить с моей работой и других специалистов.