Дым отечества. В поисках привычного времени

Хотя их, этих воспоминаний, было не густо. Да и что было-то?

Детский дом в Пензе. Вначале его мальчишки побили. Он испугался. Долго плакал. Хотя били много, но не особенно больно. Всем-то – по 6, 7–9 лет. На следующий день его опять побили. Легонько. Он снова испугался. А ночью неожиданно для себя решил – чтоб не били, нужно, во-первых, не бояться. Пусть бьют – не бояться и все. И, во-вторых, надо стать сильным. Поэтому ещё через несколько дней, когда мальчишки снова на предобеденной прогулке к нему подступились, он достал из кармана камень и стал на «врагов» своих смотреть.

Вот, оказывается, как просто. Больше к нему не приставали. А вскоре все стали взрослеть и появились иные заботы.

Правда, одна забота доставала Ивана, как и других и денно и нощно.

Голодно было. Есть хотелось. Составлялись ударные группы – воровать на рынке. Или у теток сумки рвать. Или у столовок крутиться – обычно сердобольная уборщица нет-нет, а кости с мясом да передаст. Кости тут же летели в детдомовскую столовку и для многих этот отвар мясной был сущим спасением.

Ещё бы – шел голодный 1946 год. И другие за ним, не менее голодные.

Воспоминания мелькали. Да не особенно тревожили душу и сердце Ивана.

Работа всегда была тяжелая. Или трелевать. Или земляные работы. Или лес валить.

После детдома пошел Иван, вернее, послали, в профтехучилище (ПТУ). Окончил и стал хорошим мастером по наладке станков. Его хвалили. Иван же радовался. Ибо впереди высвечивался большой завод с ребятами и девчатами, теплый цех, неплохая зарплата и премиальные.

А там и комнату могут дать. Дальше мечты не шли. И правильно. Потому как вызвали его неожиданно в дирекцию, куда работяг вообще не вызывали. И какой-то дядька, в глаза не глядя, сообщил, что мест наладчиков нет совершенно нигде. Поэтому вот распределение на земляные работы по укреплению железнодорожной насыпи.

Иван было хотел возмутиться, не такой уж он был и тихий, но тут на него как гаркнули несколько здоровых до крайности мужиков. Он и замолчал.

Кормил несколько лет комаров на земляных.

Руки от лопаты и тачки совсем такие сделались, что он однажды даже заплакал. Потому что уж теперь наладчиком станков никак не сможет работать.

Но пришла армия. Иван в неё с радостью. Школа жизни у него уже была хорошая, поэтому медкомиссии в военкомате он понравился. Сухой, здоровый. Зубов только двух не хватает, да и то в драке ещё в детдоме.

Завел с ним разговор веселый майор. Мол, на флот тебе надо, по всем статьям подходишь.