На грани возможностей. Путевые заметки в условиях сильнейшего шторма

Размеры тримарана (33 метра) и экипаж 10 человек позволяют паруснику идти со средней скоростью 25 узлов, проходя за сутки 500+ миль и опережать надвигающиеся фронты и шторма. На момент аварии тримаран находился на 48-м градусе южной широты, в 220 милях севернее координат яхты Федора Конюхова.

С 00:00 18 февраля яхта «Торговая сеть “Алые Паруса”» находится в эпицентре урагана, где ветер 65 узлов в час (120 км в час) и волна 15 метров (согласно метеопрогнозу). У нас пока нет возможности связаться с яхтой, мы не знаем, какая ситуация на борту, но получаем координаты яхты в автоматическом режиме через буи «Аргос» и определяем ее местоположение.

Яхта будет находиться в эпицентре урагана еще сутки, после чего ветер упадет до 35 узлов (50 км в час)».

19 февраля 2008 года

Тихий океан.

Господи, Иисусе Христе, помилуй и спаси меня, грешного. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

52° 20’ – Ю. Ш.

168° 03’ – З. Д.

Шторм: ветер – 40–55 узлов. Идет шквалами. Очень большие волны.

Я взял себе в помощники безмерное смирение Давида Блаженного.

00:55

Метеоролог Ли пишет мне по компьютеру, что еще часов шесть будет держаться такой ветер, а потом он упадет до 35–40 узлов. Я прикидываю, какую картину нарисовать на холсте. Сюжет ее мне в принципе уже ясен: во время шторма яхта мчится вверх, на гребень волны, альбатросы летят внизу, в межволновой «долине». Волны действительно гигантские – метров 18, а может, и больше.

До мыса Горн – 3184 мили, при скорости 8–9 узлов – 15 дней.

08:44

Шторм. Порывы ветра от 35 до 50 узлов. Он поднимается за считаные минуты. Сейчас уже темно, небо в рваных тучах, на северо-западе просматривается луна. Очень холодно, а когда подходит шквал, то он обязательно приносит дождь или снег.

14:05

Мои координаты:

52° 23’ – Ю. Ш.

164° 54’ – З.

Сын мой, Николай! Будь воздержан в пище, помни слова преподобного Иоанна Лествичника: «Возобладай над чревом, пока оно не возобладало над тобой». А святой Иоанн Златоуст писал: «Ничто столько не противно и не вредно телу, как пресыщение, ничто столько не разрушает, не обременяет и не повреждает его, как неумеренное употребление пищи. Невоздержанные в пище так неразумны, что не хотят даже столько поберечь себя, сколько другие берегут мехи.