Великий князь Николай Николаевич Младший. Книга 1

На ногах расшитые цветными шнурами светло-серые рейтузы-чачкиры и низкие полусапожки-ботики с двойным мыском и кисточкой. В непогоду гусары использовали плащ из серого сукна с застёжкой на шее. Неотъемлемым атрибутом гусар была, расшитая золотыми нитками, ташка, в виде плоского планшета, надеваемая через правое плечё, и висевшая у колена. А так же вальтрап, с острым задним углом, покрывавший седло.

Вместо погон использовались жгуты. Чины различались по галунной обшивке на доломане и ментике.

Гусары были не просто блестящими кавалеристами. Это были люди без страха и упрёка. В обиход русского языка прочно вошли синонимы: «гусарство», «гусарить», что означает вести себя безрассудно, красоваться. Именно так жили гусары, без оглядки на прошлое и без планов на будущее, весело и красиво закрепив за собой славу прожигателей жизни.

Ещё один знаменитый гусар, поэт Михаил Юрьевич Лермонтов (1814 – 1841) написал такие строки:

Гусар! ты весел и беспечен,

Надев свой красный доломан;

Но знай – покой души не вечен,

И счастье на земле – туман.

В то время полком командовал генерал-майор барон Феофил Егорович Майендорф (1838 – 1919). Он происходил из знатной фамилии курляндских немцев, считавшейся ветвью старинного прибалтийского баронского рода Икскуль, получившей свой наименование от замка, располагавшегося близ Риги на берегу Западной Двины.

Феофил Егорович окончив Пажеский корпус, служил в лейб-гвардии Конном полку, а в 1874 году стал командиром гвардейского Гусарского полка.

Познакомившийся с Феофилом Егоровичем в 1905 году, будущий военный атташе во Франции, граф Алексей Алексеевич Игнатьев (1877 – 1954) вспоминал: «Высокий худощавый старик, любезный, воспитанный и приятный в обращении, он когда-то отличился в русско-турецкую войну. Но это был недалекий человек. В Петербурге он вызывал к себе симпатию, главным образом как хороший семьянин».

Сходную характеристику барону дал военный министр Александр Фёдорович Редигер (1853 – 1920), указывая, что барон был «честнейший человек, но ограниченных способностей».

Своей карьерой барон Майендорф был во многом обязан супруге графине Елене Павловне Шуваловой (1857 – 1943), семья которой была близка к императорскому Двору.

При бароне Майендорфе, как и вся русская кавалерия, полк находился в заброшенном состоянии. Это было время упадка конницы.