Большая книга ужасов – 19 (сборник)

Сердце подскочило и тут же ухнуло в пятки, а горло перехватило спазмом, точно тугой петлей: к двери большим ножом была прибита мертвая летучая мышь с растопыренными крыльями и листок клетчатой бумаги, на котором оказалось написано всего одно слово:

«УБИРАЙТЕСЬ!»

Буквы были неровными, с подозрительными подтеками…

«Мамочки! Это же кровь!» – сообразила я.

И тут меня прорвало.

С громким «А-а-а-ааа!» я сломя голову бросилась куда-то. Я мчалась, пока кто-то не схватил меня за плечи. Закричав еще громче, я попыталась вырваться, но меня крепко держали чьи-то сильные руки.

Не помня себя от страха, я подняла голову и встретилась с недоуменным взглядом… папы.

– Ира, что с тобой? – спросил он, видимо, искренне напуганный моим странным поведением.

– Там… там… – я замолчала.

– Ну и что там? – спросила мама усталым голосом.

По ее лицу было заметно, что ей ужасно стыдно за меня.

Я огляделась и заметила хозяйку, у которой мы снимали гостевой домик, и еще одну женщину.

Они стояли и, даже не пытаясь скрыть любопытство, глазели на нас.

– Там к двери была пришпилена летучая мышь! – выдохнула я.

– Мышь? Что за ерунда? Зачем бы это? – удивился папа.

– Он специально пугает меня. А вдруг он маньяк? Ну чокнутый? – предположила я.

– Кто он?! – потеряла терпение мама. – Объясни все по порядку!

Запинаясь и то и дело неуверенно глядя то на маму, то на папу, я снова рассказала и о надписи на морском берегу, и о змеях, добавив на этот раз пару слов о стреле с запиской и приколотой к двери летучей мыши.

Постепенно брови мамы поднимались все выше и выше, и наконец, когда они совсем взмыли вверх, исчезнув под челкой, я выдохнула: «Всё!»

– И что, все это, по-твоему, проделал тот белобрысый мальчик, о котором ты говорила в прошлый раз? – уточнила мама.

– Именно он! – без тени сомнений отрапортовала я.

Мама нахмурилась.

– Пойдем! – сказала она сурово. – Сейчас я сама во всем разберусь!

Мы подошли к дому. Дверь, как и прежде, распахнута, но… на ней ничего не было.

– Ну? – спросила мама, требовательно глядя на меня.

– Она была здесь! Честное слово! – я беспомощно перевела взгляд на папу.

– А теперь нет, – развел руками он, подтверждая мамину правоту. – Но ты можешь показать нам хотя бы стрелу. Если ты ее, конечно, не потеряла.

– Сейчас! – обрадовалась я и, кинувшись в комнату, принялась рыться в своих вещах. Она была где-то здесь. Она должна находиться здесь.