Земля королевы Мод

Пока Мишка бессмысленно таращил глаза, Рахиль вскочила, подбежала к Любаше и быстро и профессионально оказала первую помощь. Потом принесла из своей сумки красно-синий ингалятор и прыснула из него Любаше в рот. Когда дыхание у пострадавшей восстановилось, девушка велела Мишке принести самую яркую лампу, ложку с длинной ручкой и что-нибудь, похожее на пинцет. Обалдевший Мишка принес лампу-гуся со своего стола и пинцет из набора фотолюбителя, которым пятнадцать лет назад мы с Ленкой и Любашей перекладывали фотографии из ванночки с проявителем в закрепитель.

Рахиль пожала плечами и велела Любаше открыть рот, а Мишке – держать свет. «Нас в школе учили, – объяснила она спустя пару минут, демонстрируя матери и сыну изогнутую в виде крючка, прозрачную косточку. – Я и от пули раны знаю, как делать, и если просто осколки, когда бомба или еще как. Ничего…»

Потом Мишка уехал провожать Рахиль в аэропорт и не вернулся домой ночевать. Забыв позвонить матери, он, словно в забытьи, бесцельно бродил по улицам навеки заколдованного города, вспоминал цвета, звуки, движения, слова, вкус и запах своей уехавшей возлюбленной.

Несмотря на временную разлуку, он, безусловно, был счастлив.

В два часа ночи Любаша позвонила Ленке. Ленка позвонила мне. Через полчаса Светка, которая была в курсе всего, заехала за мной на своей машине. Ленке мы велели сидеть дома и пробить по своим милицейским каналам несчастные случаи, уличные правонарушения и прочее. Когда мы приехали, Любаша была уже почти невменяемой.

Она кидалась на стены, разбила практически всю имеющуюся в доме посуду, остатки фаршированной рыбы висели на недавно поклеенных обоях. «Не варите ягненка в молоке матери его! – выла Любаша. – А сами-то! Сами!!!»

Отчаявшись ее унять, мы вызвали «скорую помощь». Приехавшие врачи настаивали на психиатрической больнице. Мы стояли насмерть, так как я, как специалист, знала доподлинно, что психушка Любашу добьет. Светка вывернула кошелек и позвонила четвертому мужу. В конце концов, после трех уколов Любаша успокоилась, и ее по договоренности госпитализировали в неврологическое отделение.

До утра Светка курила на лестнице и каждые пятнадцать минут звонила к Любаше или к Ленке домой по мобильному телефону. Я молча сидела на стуле рядом с Любашиной кроватью.

Мишка вернулся в квартиру двадцать минут седьмого. Увидел рыбу на обоях и нашу записку. К семи он был уже в больнице.

«С лечащим врачом будешь беседовать сам,» – сказали мы.