Дар ангела

 – Я выбрала ее потому, что меня всегда интересовала египетская цивилизация. Это очень таинственная и древняя земля, и даже теперь, при современном уровне развития науки, после того как были расшифрованы записи Розетского камня, нельзя сказать, что мы знаем об этой культуре все… – с каждым словом Алиса чувствовала себя все увереннее и увереннее, воодушевляясь все больше. Ей ужасно нравились рассказы о прошлых временах, она любила представлять себе красноватую, растрескавшуюся от жара землю, и красные скалы, покрытые выбитыми иероглифами и фигурками полулюдей-полуживотных, и изгиб полноводного Нила, на берегах которого зеленеет сочная трава, а на выброшенных водой корягах сидят длинноклювые ибисы.

Эти картины вставали перед девушкой как живые, словно она видела их собственными глазами…

– Достаточно! – сухо прервала Светланка, и Алиса почувствовала себя так, словно ее с большой высоты бросили о землю. – А теперь расскажу я. Тему Зеленская выбрала, скорее всего, не по душевному порыву, как она пыталась тут представить, а потому… – преподаватель подняла вверх тонкий, как сухая веточка палец, – потому что нашла ее на просторах Интернета.

Более того, Зеленская позволила себе крайнюю степень цинизма.

– Но почему! – Алиса чувствовала, что теперь у нее горят и щеки, и шея. – Почему вы так считаете?!

– Ах, вы не знаете? – рыбьи глаза хищно прищурились. – Ну что же, прочтите, пожалуйста, вот это!

Перед Алисой появилась знакомая распечатка, раскрытая примерно посредине.

– Но… – Алиса вгляделась в текст и вдруг почувствовала, что пол вздрогнул под ногами, а буквы превратились в черных копошащихся муравьев. – Но я этого не писала!

– Это ваш реферат? – рявкнула Светланка.

Вся группа следила за спектаклем с любопытством пресыщенных зрителей, и только на лице Наташи Кошелевой читалось явное торжество: ну теперь видишь! Я же говорила!

Алиса растерянно оглядела распечатку. Сомнений быть не могло: это именно ее реферат, у нее как раз заканчивался в принтере картридж, поэтому часть распечатки получилась более светлой.

Шрифт, картинки – все было на месте и ничего, на первый взгляд, не отличалось от того, что помнила Алиса. Ничего, кроме одной-единственной фразы.

– Кажется, мой, – тихо произнесла она. – Но я действительно не понимаю…

– Прям-таки мистика! – ехидно заметила Светланка. – Ну давайте, Зеленская, прочтите нам вслух тот фрагмент вашего опуса, который я отчеркнула красной ручкой.