Десятый человек

Кто смотрит? Пока смотрит некий «кто», объекты видятся только как объекты, и пока этот смотрящий «кто» смотрит, он не может поменяться на КТО? который одновременно не есть и не не-есть.

Лишь в отсутствие как смотрения, так и не-смотрения может быть присутствие смотрения, которое одновременно не есть и не не-есть. И это присутствие есть ты (я).

Разве не таков смысл Алмазной сутры и Сутры сердца?

II

Все еще непонятно? Посмотрим на это так:

Никакой объект как таковой не бывает хорошим или не хорошим; это свойства, при познавании которых расщепленным умом возникает разделение на познающего и познаваемую вещь.

Но никакого познающего никогда не было, как и никакой познаваемой вещи, объекта или качества этого объекта, это лишь расщепленные аспекты праджнического функционирования, которые мы называем познаванием.

Как только кого-то вытаскивают, выталкивают или выманивают из представления о том, что объекты как таковые с их свойствами являются такими, какими мы их воспринимаем органами чувств и интеллектуально интерпретируем, и этот кто-то постигает, что их объективное существование, так же как и наше, всецело воображаемо, то несомненно ведь он может понять, что все, что они есть, – это их источник?

Немного сложнее понять, что их источник как таковой, субъективно, – это все, что они есть даже объективно.

И тогда лишь остается осознать, что то, что мы ищем, есть то, что ищет.

2 Тождественность двойственности и недвойственности

Мудрец не проводит различия между двойственностью и недвойственностью (адвайтой), поскольку он не сознает их как разное.

Объективная божественная природа и субъективная божественная природа идентичны.

Такое я, которое смиренно [4 - Слово «смиренно» здесь используется не как противоположность слову «гордо», поскольку такое «смирение» – просто отрицательная «гордость». В метафизическом смысле смирение подразумевает отсутствие какой-либо независимой сущности, которая могла бы быть «гордой» или «смиренной».

] молится Богу, и такое я, которое, перестав быть личностным, стало Богом, в основе своей не различаются, таким образом, смиренно* молиться Богу и безлично быть Богом – по существу одно и то же.

Быть собой безлично – то же самое, что «самому» безлично быть «кем-то другим».

Соответственно, окончательное понимание Мудреца таково: Я – больше не «я»; то, что не есть «я», есть все, и это и есть божественная природа.