Письмо любви к тебе

Их было трое: одна волейболистка, приехавшая на стипендию из Вирджинии, другая, из Северной Калифорнии – активистка движения за права животных, третья – тихая христианка из Канзаса. Пока мы не нашли общего языка, но я не теряла надежду.

– Когда можно приехать к вам в гости? Уже скучаю по пляжу, – тоскливо вздохнув, сказала Дженна.

– Моя двуспальная кровать в твоем распоряжении. Обнимайся с ней, когда захочешь.

– Серьезно, однажды я просто появлюсь у тебя на пороге.

Я улыбнулась.

– И это будет самый лучший день.

После разговора я отправила маме сообщение с подробностями о том, как проходят занятия. Наши графики почти не совпадали для телефонных разговоров, но мы постоянно переписывались в мессенджере. Наши отношения стали крепче в последний год учебы в школе. Отчасти это было связано с тем, что я полностью отстранилась от отца, а отчасти с тем, что я наконец-то простила ее за данное мне имя. Хоть я и не была готова это принять, но после долгих ночных разговоров поняла ее мотивы. Моя мама была молодой, испуганной девочкой, когда у нее появилась я.

Я получила несколько стипендий, которые помогли мне поехать в Калифорнию, но этого все равно не хватало. Пока не узнала, что мама с самого моего рождения откладывала деньги на мою учебу в колледже. Отцу нечего было мне предложить, кроме похлопывания по спине на выпускном. С тех пор я с ним не разговаривала.

Мне было больно расставаться с отцом. Я и так долго жила над пропастью, где не знала, как относиться к нему и к тому, как он поступил с мамой. И в этой пропасти мы отдалились друг от друга, а я не хотела, чтобы хорошие воспоминания об отце сменились неловкостью и напряженностью. Поэтому после окончания школы я решила просто отпустить его. С тех пор он позвонил только раз, и я не ответила на его звонок. Может, мы могли бы воссоединиться позже, но сейчас мне нужно сосредоточиться только на себе.

Я взяла учебный материал, когда дверь моей спальни распахнулась.

– Итан пришел, – сказала Мари, не отрывая взгляда от телефона. Она была активисткой движения за права животных, и я думала, что с ней будет легче всего найти общий язык: я выбрала специальность в области женских исследований и увлекалась феминизмом, а она пыталась спасти котят. Мы же идеальная пара, верно? Вот только она сказала мне не больше тринадцати слов.