Закрытая школа. Начало

Даша не была так в этом уверена и покосилась на подругу.

– А как быть тем, у кого таких возможностей нет? – спросила она громко. Спорить с Байроном и Максом вовсе не хотелось, но и Вику обижать не следует. Вон сидит как на иголках.

– Ты че, защитница лузеров, что ли? – подал реплику Темка.

– А те, у кого изначально нет возможностей, должны быть еще жестче. Им нужно расталкивать конкурентов и идти по их головам. Или, как заметил Максим, они так и останутся никем. Цель оправдывает средства. Я прав?

Поляков окинул учеников внимательным взглядом.

Вот они перед ним – такие разные, но на лицах – непонимание и самодовольство. Большая часть этих ребят выросла в тепличных условиях, но родители их зубами прогрызали себе жизненную дорогу, и ребятам кажется, что так и нужно, кто сильней – тот и прав. А вот Андрей Авдеев, уже хлебнувший горя из-за смерти родителей, его, кстати, подопечный, опустил голову. Сразу видно: не согласен.

– Андрей, ты согласен со мной? – спросил директор, провоцируя.

– Нет. Не согласен! По-моему, это бред! – тут же вскинулся Авдеев.

Виктор Николаевич улыбнулся. Похоже, он прав: из парня будет прок.

– Интересное мнение. Обоснуешь? – подал директор свою реплику.

– Если ради успеха надо идти по головам, это не для меня. И никакая цель этого не оправдывает! – ответил Андрей, и Даша тепло улыбнулась: в этом простом парне определенно что-то есть.

– Ну слава богу! – Виктор принялся ходить между партами. – Хоть один здравомыслящий человек нашелся – на весь класс! Андрей прав.

Цель далеко не всегда оправдывает средства. Мне неважно, станете вы лучшими или нет. Моя главная задача – чтобы вы выросли порядочными людьми.

Ребятам на миг показалось, что в классе происходит нечто важное, но звонок на перемену развеял всю магию.

А в это самое время Иван Савельевич стоял в библиотеке перед висящей на стене картой. Смотрел и не мог поверить собственным глазам. Как раз то, что нужно. Если бы он верил в гномиков и Деда Мороза, то не сомневался бы: этот подарок как раз для него.

Где-то заскрипела паркетина в старом полу, должно быть, много видевшем на своем веку, и историк очнулся. Торопливо, словно боясь опоздать, он схватил заключенное в стекло сокровище и принялся отгибать удерживающие бумагу металлические штырьки рамки.

– Иван Савельевич, что это вы делаете? – послышался за спиной холодный хорошо поставленный голос.

Историк вздрогнул и невольно втянул голову в плечи.