Сто кило историй

– Малыш, тебе не кажется, что я в них выгляжу немного… слишком?

Бородатый «малыш», с трудом разместившийся на магазинном пуфике, оторвал взгляд от экрана смартфона и с ужасом посмотрел на свою нимфу, которая гарцевала перед ним в туфлях, нарушавших законы гравитации и здравого смысла одновременно. Потом подумал, чем ему может грозить искренний ответ, и фальшиво протянул:

– По-моему, хорошо…

– А тебе не кажется, что вон те босоножки гораздо лучше подходят к тому платью, в котором, помнишь, мы ходили в боулинг, и ты тогда сказал, что я в нем секси, как Дженифер Лоуренс?

По лицу кавалера было видно, что он не видит никакой разницы между вот этими туфлями, вон теми босоножками и вообще всем многообразием обувного магазина, а из похода в боулинг помнит только сам боулинг.

Но парень оказался профессионалом.

– Ты думаешь? – задумчиво спросил он, разглядывая босоножки и лодочки и как бы вспоминая то платье во всей его воздушной красоте. – Ну если ты так считаешь, милая…

На лице у милой появилось то выражение, которое бывает у снайпера, когда он замирает, держа палец на спусковом крючке, а ничего не подозревающая жертва стоит и переминается в шаге от своей неминуемой участи.

Именно с таким лицом все женщины мира принимают судьбоносные решения, вроде покупки красных лаковых туфель вот на тааком каблуке.

Ире с аудиторией повезло гораздо больше. Лариса была готова восхищаться, критиковать, задумчиво склонять голову к плечу и прищуривать один глаз – причем все это вполне искренне.

Вот только кто думает, что для женщины эффектных пропорций поход в магазин одежды с их размерным рядом «для худых и плоских» – главное оскорбление месяца, просто не ходил с ней в обувные магазины.

Создатели современной обуви, придумывая эффектные лодочки, очаровательные босоножки, оплетенные множеством ремешков и усыпанные блестками, явно руководствовались сказкой о Золушке. Иначе не объяснить, почему вся обувь в магазинах рассчитана на красавиц с узкими изящными ступнями.

Для всех остальных остаются кроссовки, шлепанцы и те черные туфли с тупыми носами, которые не рискнет надеть даже ваша бабушка, потому что «в них только в гроб и собираться, вы что, смерти моей хотите?».

Счастливое исключение составляет обувь, которая вписывается в бюджет разве что королевской семьи. И то, должно быть, глаз у венценосца слегка подергивается, когда ему на золотом подносе приносят счет.