Дневник священника. Мысли и записки

И вот богослужение закончилось. Мы нацеловались друг с другом, простили все обиды, примирились. Дышалось легко. Из храма мы пошли на ужин, а потом поднимаемся в свои комнаты. Захожу. Подогнув под себя ноги, на кровати сидит Андрей и читает книжку.

Я думаю, что у него мне тоже надо попросить прощения, нехорошо как-то получается – вступать в Пост непримиренными.

Делаю земной поклон и говорю:

– Андрей, прости меня Христа ради, чем обидел.

Это была последняя капля. Смотрю: он поднял голову, а глаза горят.

Лицо бледное, закусил губу и мелко дрожит. И вдруг с криком «НЕНАВИЖУ!» прыжком с кровати бросается на меня.

Схватились, упали на пол.

Слышу, Мариан крикнул кому-то:

– Держи дверь.

Это для того, чтобы никто не зашел и нас не увидел, – тогда вылетели бы из Семинарии мы оба мгновенно.

…За ним была армия и возраст – 21, к моим 17 счастливым дополнением были разряды в восточных единоборствах. Натиск был сокрушительным, но я провел несколько приемов, которых Андрей не ожидал.

Через две минуты все было кончено. Андрей лежал на полу, а его рука захвачена и вывернута. Я медленно дожимал руку, ожидая, когда он попросит пощады. Он хрипел от злости и боли и был готов умереть, но не был готов просить пощады.

А я боялся отпустить, потому что он был непредсказуем. Мог опять кинуться на меня.

Ребята окружили нас и расцепили. Андрей, глотая слезы, кинулся из комнаты.

Мариан, всегда лаконичный и однозначный в своих богословских заключениях, сказал:

– Дывись: не пошел на службу, вот бис в него и вошел.

…Потом мы с Андреем подружились. Он стал одним из самых близких моих друзей. Мариан сейчас священник на Украине, Андрей был протодиаконом в Таллине. Потом он диаконское служение оставил и сейчас работает там же психологом. А жена его стала крестной нашей дочери Ульяны.

Да, а к вопросу о стукаче. Оказалось, что как раз в нашей комнате стукача не было. Нас подслушивал студент второго курса, троечник и нарушитель, живший за стенкой. В одном месте стена была фанерная, и он как-то приспособился слушать, о чем мы говорим и что затеваем.

А потом бежал и докладывал начальству. Таким образом он хотел удержаться в Семинарии. И ведь удержался…

Куда катимся?..

Каждый вечер в семинарском храме совершается общая вечерняя молитва. В храме совершенно темно, лишь поблескивают лампады и свечи. В эти полчаса молитвы ты можешь высказать Богу все, что наболело. Можно поплакать, погрустить по дому, по родным.