За Христом

Что толку из того, что ты лоб крестишь. А «язык небу» – моё любимое упражнение, – ответил Юра (* через 3 года Юра раком заболеет и, когда ему врачи отмерят 40 дней жизни, он примет в сердце Христа; я за него 40 акафистов «Всецарице» отслужу. Болезнь отступит. В 2007 году мы с Юрой на Святую Землю слетаем. Я про него рассказ «Язык небу» напишу. Но в 2015 году он вновь на Тибет начнёт смотреть. Слетает туда, и рак вернётся. В марте 2016го от умрёт прямо на операционном столе в Турции с последними словами жене: «Мне капец!» В марте 2017г.

я отпою его на кладбище в Стамбуле, 2021г.).

Помагая дочке решать задачи по алгебре и физике, вспомнил спустя 30 лет мою школьную проблему: отличная логика, но плохая арифметика (невнимательность в мелочах). И по сочинениям по-русскому и по-украинскому языку: содержание всегда «5», а грамотность – «2» или «3». Зачем обращать внимание на мелкие ошибки, если суть прекрасна? И в этом я «Вова», но не «Варсонофий».

Чего стоят достижения человечества перед ВЕЧНОСТЬЮ? Ничего.

Чего стоят мои познания в богословии? Ничего. Стоит ли ехать опять в Москву на сессию?

6.10.2003г. Скадовск.

Мой шестой за последние 3 года визит в столицу России ознаменовался раздрожением от метро с вечными сквозняками и толканием, суетливостью служб и чванства попов Белокаменной. А ещё меня окружали простые и хорошие люди-москвичи (коренные, а не «лимита», 10 лет назад понаехавшая из «малоярославцев»). Они-то и уговорили меня не бросать Университет.

Быстро и удачно сдав сессию, расценил это, как благословение Бога: НЕ БРОСАТЬ УЧЁБУ.

Усталость и раздражение от мегаполиса снимал на Введенском кладбище. К могилам подходил, как к старым знакомым. Фотографии известных учёных, актёров, спортсменов будто говорили мне: бегали, суетились, а главного – не успели! Не успели покаяться и причаститься. От фото атеистов отчаянное: АХ, ЕСЛИ БЫ МЫ ЗНАЛИ! Со старых деревьев уж очень быстро, как человеческая жизнь, падали листья.

На Крутицком подворье служил с профессором психиатрии, руководителем Центра реабилитации алкоголиков и наркоманов, иеромонахом Анатолием (Берестовым) – родным братом известного старца Рафаила и с известным миссионером протоиер. Даниилом Сысоевым, который подарил мне свою книжку с автографом (* в 2009 году он закончит жизнь мучеником, его убьют из автомата прямо в храме, 2021г.).

Знаменное пение Андроникова монастыря окунуло меня в XIVи XV века.