Энциклопедия психотерапии. Том 2

Клиент объяснил, что отец оскорблял его на протяжении всего детства. Он выбрал эпизод, в котором отец говорил своему соседу: «Мой сын тупица. Он никогда ничего не добьется. Он лентяй и дурак…». Пока отец продолжал свои словесные оскорбления, ни сосед, ни сам мальчик ничего не отвечали.

Описав эту сцену, клиент объясняет: «Чтобы постоять за себя, я должен был дать им понять, что я чувствую. Но я никогда этого не делал. Я просто стоял и терпел».

В этой сцене, как и во многих других эпизодах с отцом, он сжимал зубы и не показывал никаких чувств.

Тогда терапевты спросили клиента, как эта сцена может быть связана с его речевой фобией. Он ответил: «Даже если я хорошо подготовлен и делаю все блестяще, мне приходится бороться с кем-то, кто может раскритиковать меня и сказать, что все плохо».

В этом описании можно выделить три основных предписания: «Не добивайся успеха», «Не чувствуй», «Терпи». Первое дано отцом сыну, а второе и третье даны сыном самому себе. Клиенту нужно было отменить их. Ему было предложено вернуться к описанной сцене и сказать отцу, что он обижен.

Но клиент не захотел этого делать, ссылаясь на сопротивление.

Гулдинги не верят в пользу борьбы с сопротивлением, если есть другие возможности. В данном случае их было несколько. Клиент мог вернуться к эпизоду и сказать отцу: «Я не хочу говорить тебе, что я обижен. Ты ни за что не заставишь меня сказать это». Или он мог бы сказать своему отцу: «Я чувствую сильное сопротивление» и исходить из этого. Он мог взять с собой в этот эпизод свое взрослое «Я», чтобы поговорить с отцом.

Наконец, он мог сказать о своих чувствах кому-нибудь другому, например, соседу. Собственно, последний вариант и был избран.

После того, как клиент представил себе, что отец ушел, он сказал соседу: «Я обижен». Он сказал это очень сдержанно. Ему предложили повторить эти слова. С третьего раза он уже смог громко сказать: «Как я обижен! Как мне плохо!» и разрешил себе заплакать и разжать зубы. После завершения эпизода клиент нашел способ противостоять своему отцу, который начинался словами: «Убирайся! Я – это не ты».

Далее клиенту было предложено развернуть это важное утверждение, объяснив отцу, в чем заключается разница между ними. Клиент воскликнул: «Я умею думать! Я не унижаю людей! Я так рад, что я – это не ты!».

Клиент вообразил себя стоящим на сцене и читающим лекцию для большой профессиональной аудитории. Ему предложили представить, что в аудиторию входит его отец.