Медаль за город Вашингтон

А потом все позабыл – получив вчера вечером весточку из Нью-Йорка о художествах одной из своих дочерей, он попросту слетел с катушек. Еще бы, девушку обнаружили во время полицейского рейда в дешевом отеле (скорее, борделе) в одном нижнем белье и в компании двух моряков – шотландца и, прости господи, ирландца… Супруга написала, что намеревается послать чадо в закрытую школу для девочек – и почему она решила это сделать только сейчас, почему не год назад, когда что-то в этом роде произошло впервые?

Будь на месте этого captain Inozemtsev (ну и фамилия, попробуй прочти ее, тем более с похмелья) кто-нибудь менее значительный, Эвертс наверняка перенес бы визит, велев дворецкому сказать, что, мол, он неважно себя чувствует.

Но в данном случае и при нынешней политической обстановке не принять представителя Югороссии было бы самоубийством. Еще свежо было в памяти вторжение югороссов в Ирландию, а тем более то, с какой легкостью их регулярная армия и обученные их инструкторами наемники разгромили лучшую в мире британскую армию. Вот скажешь сейчас что-нибудь не то, в Константинополе могут обидеться, после чего объявят государственную вендетту, как это было в случае с убийством русского императора Александра II. И что тогда делать бедному американскому госсекретарю?

Поэтому Эвертсу пришлось встряхнуться и смириться с неизбежным.

– Эйб, – держась за разламывающиеся виски, скомандовал он, – пригласи господина Иноземцева в зеленую гостиную. Предложи ему пока виски, что ли, – осталось ли что-нибудь от подарка сенатора Хоара?

– Нет, масса, те две бутылки, что прислал ваш кузен, вы вчера выпили, – с непроницаемым лицом ответил черный дворецкий.

Эвертс тяжело вздохнул:

– Тогда предложи ему просто вина и сигару. И через десять минут пусть он заходит в мой кабинет.

Иноземцев оказался человеком лет тридцати в партикулярном платье, но с военной выправкой. В руках у него был небольшой портфель несколько необычной формы. Слегка поклонившись, посланец югороссов произнес:

– Очень рад с вами познакомиться, господин госсекретарь.

– Взаимно, господин посланник, – ответил Эвертс. – Чем могу служить?

– Господин госсекретарь, позвольте вручить вам по поручению моего правительства некоторые бумаги.

Он открыл портфель и положил на стол перед Эвертсом пухлый конверт. Госсекретарь вскрыл его, тупо взглянул на первый лист и спросил:

– Капитан, здесь указано, что вы уполномочены на словах сообщить мне основные пункты этого послания.