Ночь Королей. Игра с судьбой

Голос сопровождало жужжание, с которым створки ворот открылись. Нашему взору предстала аккуратная тропинка, выложенная белым гравием.

– Ну, тогда поехали, – сказала мама и нажала на газ. Судя по голосу, она нервничала не меньше меня.

Когда мы миновали ворота, я увидела с обеих сторон две статуи в натуральную величину. Обе были из белого мрамора. Левая изображала молодую женщину, державшую меч в вытянутой руке. Волосы ее были так тонко вырезаны, что казалось, будто их разметал ветер. С другой стороны стоял строгий молодой человек.

Его тонко очерченное лицо было выполнено из мрамора так же детально, как и у женщины. Они выглядели почти живыми.

– Мило, – сухо прокомментировала мама.

– Да, наверное, садовые гномы показались им скучными, – пробормотала я, пока мы ехали по подъездной дорожке.

Вдоль дороги тоже располагались белые статуи. Каждая из них была в натуральную величину и настолько детально проработана, что казалось, будто там стоят настоящие люди. Некоторые из них выгибались, а их лица были искажены болью.

Другие выглядели почти по-королевски: подбородок гордо вздернут, и дождь стекал по их лицам, как слезы. Дорога была прямой, что делало общий эффект еще более впечатляющим. Я увидела статую девочки на вид не старше тринадцати лет. На ее губах застыла улыбка, глаза были закрыты, и выглядело так, будто она прислушивалась к чему-то, что могла слышать только она.

– Уже в течение нескольких поколений Честерфилды – известные скульпторы, – разъяснила мама, заметив, как я чуть не вывихнула шею, глядя вслед статуе, пронзившей себе грудь копьем.

– Не знаю, нравятся мне эти штуки или нет, – призналась я.

– Я тоже. Но все они очень впечатляющие. А, смотри, мы прибыли.

Гравийная дорожка перед нами перешла в круговую площадь, в центре которой плескалась вода в фонтане. Рядом возвышался Честерфилд. Фасад из массивного серого камня больше напомнил мне церковь, чем дворец. Возможно, это впечатление возникало в том числе из-за большого круглого витражного окна на фасаде.

Мама припарковалась, выключила мотор и бросила на меня ободряющий взгляд.

– Все будет хорошо, и не позволяй себя запугивать. Те, кто живут здесь, тоже всего лишь люди, – мягко сказала она, сжимая мою руку.

– Знаменитые последние слова, – пробормотала я, заставляя себя отцепиться от мамы и выйти из автомобиля.

Холодный дождь начал хлестать меня по голове, и я поспешила вытащить багаж из машины.